— В архиве есть запись под номером V—112?
Алесса воззрилась на нее. Пришлось сразу же уточнять:
— У меня было видение. В твоей машине, с этой песней. Это похоже на форму нумерации ваших материалов?
Та снова зафиксировалась на дороге, не ответив.
— Понимаю, ты не можешь ничего говорить. Но если я права — пожалуйста, посмотри, что там.
— …Посмотрю, как попаду туда.
Ей удалось вспомнить видение? Ничего плохого не произошло, она не впала в безумие и не принялась никого атаковать. Это успокаивало. Но сколько подсказок подсознания уже успело от нее ускользнуть?
Их трактовка становилась второстепенной проблемой — нельзя же расшифровывать пустой лист. Но как можно ускорить ее адаптацию?
— Как ты думаешь, как ей удалось… Убить его и сбежать?
— Онслот ей помог.
— Но если предположить, что он в этом не участвовал. Что могло дать ей возможность побороть того, кто старше и сильнее? Теоретически.
Мимо проносились высокие уличные столбы с загорающимися фонарями. Алесса повернула руль, уходя в поворот на развязке.
— Отчаяние.
У Эвелин получилось вырваться, проходя через агонию, но и влияние Динча наверняка было гораздо, гораздо сильнее возможностей нынешних адептов. Сколько усилий нужно, чтобы остановить лавину?
И сколько сил потребуется, чтобы подтолкнуть друг к другу крохотные осколки разбитого зеркала?
Часть 15
— Нет.
— Но вы даже не дослушали!
— Это слишком опасно, — Макс отвернулся, давая понять, что это окончательное решение, но Эва не отступила.
— Вы сами говорили, что магия может проявиться под влиянием эмоций. Вдруг именно это и поможет? Если так у меня получится понять, как побороть видения и противостоять влиянию Эвелин, всем будет только лучше.
Он покачал головой.
— Ты не понимаешь, о чем просишь.
— Сэр, мне и моим близким угрожает нечто опасное. Если такое может повториться, то я лучше переживу это под вашим присмотром здесь, где никому не смогу навредить.
Макс отступил. Весь этот разговор ему явно не нравился.
— Я сказал, что не допущу твоих мучений. Ты намеренно склоняешь меня нарушить обещание?
— Я знаю, что вы не хотите причинять мне вред. Это не будет жестокостью, а только испытанием моих способностей и их пределов. А возможно, и средства быстро привести меня в чувства.
— Это безумие.
— Безумие — знать, что в средневековье жили настоящие вампиры. Если мы с вами спокойно обсуждаем магию и как ей пользоваться, то понятие «нормальности» уже явно шире обычного.
— Я не хочу этого делать.
— Почему?
— Это неправильно.
Она снова уткнулась в стену. Одно дело, если он просто избегает прямых ответов — Эва могла смириться и не задавать вопросы, пока был шанс узнать все в обход. Но сейчас Макс просто ушел в отказ, хотя она чувствовала, что это самое точное направление из всех.
— Сэр, вы можете не соглашаться со мной. Это нормально. Если у вас есть сомнения, давайте обсудим их. Моё предположение — всего лишь новая гипотеза, которую мы ещё не проверяли. Вдруг это и есть самый быстрый путь к цели?
— Не такой ценой.
— Не отнимайте мое право на выбор. Только мне проходить через последствия, ради защиты семьи и своего будущего я готова это принять. И я доверяю вам на этом пути. Почему вы не можете довериться мне?
Макс ходил по комнате, раздраженный ее упрямством. Она не могла основываться на логических аргументах, чтобы подвести его к решению, но чувствовала, что сумеет задеть нужные струны. Оставалось только попробовать надавить, надеясь на успех.
— Если вы не уверены в моих крепнущих способностях, то все это было пустой тратой времени.
— Все не так и ты это знаешь.
— Так позвольте мне доказать вам это! Смотрите, я крепко стою на ногах и я полностью в своем уме. Я — Эва, а не призрак Эвелин, — прошу вас повлиять на меня и вывести из равновесия, чтобы самой отвести эту магию и выжить. Если станет невыносимо — я упаду, и это будет сигналом остановиться, но пока мои ладони не коснутся пола — не смейте прекращать!