Оставив вход открытым для Алессы, Эва спустилась, укрываясь от промозглого воздуха и влаги. Отпечатки подошв с каблуком отметили ее путь вниз. Пристроив зонт у подножья, она прошла в глубину хозяйственного подвала, включила лампу над верстаком и рухнула на подушки — след ее временного лежбища. Не лучшая альтернатива дивану, но хоть какой-то элемент уюта, чтобы скрасить ожидание. Посмотрела на телефон. Никаких вестей. Вероятно, что-то с дорогой. В такой дождь всегда опаснее перемещаться на загруженных шоссе, но вроде бы он шел на спад, когда Эва приехала в Редбрук. Пришлось убеждать сторожа, что она имеет право находиться на территории кампуса в столь поздний час. Вероятнее всего, он пожалел ее, впустив «в общежитие», чтобы ей не пришлось ошиваться по улицам.
Она отклонилась, упирая затылок в стену и наблюдая за лестницей. Было довольно темно, так что промелькнувшая тень не дала бы ей знать о приближении Ал, но ей хотелось на чем-то сосредоточиться. Слышала шум дождя и листвы в зеленой роще, приглушенный толстыми земляными стенами и лишь немного доходящий сюда. Воду, бегущую по трубам, как по венам.
Снаружи сверкнула молния — и вот ее тяжело было не заметить.
Люк опустился с оглушающим грохотом, подобным грому. Вздрогнув, Эва вскочила и вышла в центр комнаты.
— Ну наконец-то! Что случилось?
Тишина — отсутствие шагов и хоть каких-то звуков вообще — заставила насторожиться. Через несколько мгновений в темноте показался краешек кружевной юбки. Мягко, едва ли касаясь пола, вниз переместилась Изабель и взглянула на Эву совершенно пустыми глазами.
Что делать?
Эва стиснула пальцы, отступив. Она совсем одна? В такой ситуации не получится отмолчаться. Лучшим сценарием казалось вести себя учтиво, как делала Ал.
Сглотнув, она вытянула руки по швам и поклонилась. Сверлила пол взглядом, жалея, что теперь не видит Изабель — а значит, даже не представляет, где та окажется в следующую секунду. Ей стало дурно, но не от довлеющей ауры. Чем бы ни был этот прессинг, Изабель пока не применяла свои магические силы. Эва и так была в ужасе.
Команда слева, совсем рядом: «Встань».
Вздрогнув, она выпрямилась и уставилась прямо. Изабель обходила ее неторопливыми шажками. Она использовала приказ или нет? Эва напряглась, готовя себя к тому, чтобы последовать любым ее указаниям, какими бы абсурдными те ни оказались. Но если они были здесь наедине, разве это не значило, что правда уже раскрыта?
— Скажи мне… Эва, правильно?
— Да, мэм.
— Скажи мне, Эва: что в тебе ее так заинтересовало?
Сложно было выдать однозначный ответ, до последнего скрывая истину. С другой стороны, что еще может заинтересовать вампира?
— Моя кровь.
Изабель фыркнула где-то позади. Почему она вообще спрашивает об этом, если может прочитать ее память?
Или не может?
На некоторое время повисла многозначительная тишина, пока наставница Алессы не соизволила продолжить:
— Все шло своим чередом, а потом появилась ты, рыскающая в поисках того, о чем не должна даже догадываться. Это меня очень тревожит…
Шаг, еще шаг. Шорох юбки по бетонному полу, как трепетание крыльев мотылька.
— Одно дело, когда она секретничает со мной, и совсем другое — когда затевает что-то у меня за спиной со своей новенькой подружкой. Это ставит наш с ней дуэт в крайне скверное положение. Я, все-таки, несу за нее ответственность — а кто отвечает за тебя? Ммм?
Эва молчала.
— Все ведь началось с Онслота, так? Это тебя он подцепил. Алессочка почему-то не посчитала необходимым это уточнять. Но я могла бы поразмышлять о причинах: не хотела «невинных жертв». Но порой жертвы оправданы! В таком деле всякое может случиться: соблазн, сговор. Это как жажда: начиная с малого, оно непременно станет огромным — так зачем же тянуть?
Сделав полный круг, Изабель остановилась напротив, размышляя.
— Если Алессочка начнет доверять тебе слишком многое… Это недопустимо.
Она развернулась и отошла на пару шагов, но вдруг ахнула, будто пришла к какому-то новому решению.