Ей мог звонить папа. Эдриан.
Возможно, даже Алесса.
Или кто-то еще.
Решив не рисковать, Эва сбросила звонок.
***
До кучи прослушав и ее дыхание, Адам убрал стетоскоп.
— Нет, ничего. Ты в полном порядке.
— Физически — да, но не башкой. Я все еще… Вижу вещи.
Он сверился с ее картой и списком выписанных препаратов.
— Ты не пропускала прием лекарств?
— Это старый рецепт. Последние полгода — только по пятьдесят миллиграмм Золофта.
— Не увеличивала дозу резко?
— Нет, — она помедлила, но все же переспросила. — Вы уверены, что мистера Т. не будет еще несколько дней?
Адам покачал головой.
— Ты же знаешь про его ситуацию.
— Да. Но в моем случае, возможно, только он и знает, что делать.
— Я подсказал бы, если бы знал. Прости.
Она понимала, что самим им ничего не найти, но проще было пройти через все основные процедуры, нежели долго объяснять ситуацию.
— Вы можете дать мне рецепт на Сероквель? А лучше Риспердал.
Адам взглянул на нее без определенной эмоции, принимая решение. Наконец, взял ручку и чистый бланк с препринтом своего врачебного номера.
— Начни с Сероквеля, а там посмотрим.
— Второго шанса у меня может не быть…
— Эванс, — он прервался, не успев поставить подпись. — Ты и так на особом счету. Не злоупотребляй своим положением.
Она меланхолично кивнула, полностью свыкаясь с данностью и тем, что попросту не сможет объяснить все, что случилось с ней накануне. Даже если он поверит ей — что с того? Это имело бы смысл, если бы Макс был здесь. Но не теперь. Надо брать, что дают — пусть даже это всего лишь попытки отсрочить неизбежное.
— Простите.
Закончив с рецептом, Адам Бридж вырвал бланк и вручил ей, как парковочный штраф.
— Возьми у нашего фармацевта — и сразу домой. Вызвать тебе такси?
— Спасибо. Я доеду, не беспокойтесь.
— Погоди, — он ткнул в телефон, вызывая стойку администрации. — Это Бридж. Пришлите ко мне стажера Мидоу, срочно.
Вскоре эхо в коридоре подхватило короткий и пронзительный писк пейджера. Дверь кабинета приоткрыл высокий щуплый парень лет двадцати пяти — его конечности были настолько тонкими и длинными, что это невольно вызывало тревогу.
— Быстро ты, остолоп. Разве вы с Берри не должны быть в лаборатории?
Мидоу моргнул, пропуская ремарку мимо ушей. В его мешках под глазами, пожалуй, поместился бы годовой запас снотворного.
— Что вы хотели, сэр?
— Ты ведь на машине? Отвези мисс Эванс до дома, она скажет адрес.
— Но сэр…
— Давай-давай. Пусть от тебя будет хоть какая-то польза.
Она бы села сзади, если бы у пикапа было заднее сидение, но пришлось сесть рядом. Просьба поехать в открытом кузове прозвучала бы слишком странно. Кудрявый Мидоу ссутулился, чтобы не упираться макушкой в потолок, и повернул ключ зажигания. Мотор мученически закряхтел, заводясь со второй попытки.
Эва молча пристегнулась.
— Так это ты практикантка из Редбрука?
Кивок.
— Ясно, — руль поддался со скрипом. Выворачивая до упора, Чарли Мидоу выехал с парковки и выровнялся вдоль проезжей полосы, вскоре покидая территорию «Бруклин Ветеранс».
— А чем болеешь?
— Это важно?
— Ну мало ли ты заразная, — он склонился, высматривая поток слева, прежде чем выехать на основную дорогу.
— Просто нервы шалят.
— Так стремно в подвалах?
Она метнула в него настороженный взгляд. Пожала плечом, никак не выдавая беспокойства.
— Да нормально.
— А что там?
— Кабинеты, генераторная. Все как в любой больнице.
— Ну не знаю. Обычно доступ к ним оставляют для персонала. Типа на всякий случай. Но ни у кого из нас нет ключа — а тебе его выдают без вопросов.
Это могло быть праздное любопытство, даже элементарная зависть на контрасте с тем, как главврач обращался с ней на фоне других практикантов. Если бы вокруг не рыскали агенты в поисках предателя.
— Откуда мне знать? Мисс Сэведж сказала ходить туда, я и хожу.
— Так что там? Склад, лаборатория? Что ты делаешь на практике? Или просто стоишь в генераторной несколько раз в неделю?
Изнуряющая вялость тяготила голову и плечи. Хотелось просто уткнуться в колени и уснуть, не думая ни о чем. Эва схватилась за ручку двери, удерживаясь в сознании. Таблоиды с рекламой несли полную околесицу, буквы в словах перемешались, разбавленные значками и символами — тем комичнее смотрелись счастливые люди на фото.
— Слушайте, мне правда нехорошо. В голове каша. Давайте обсудим мою практику в другой раз.