Я растеряно посмотрела на Ситарека, а он вопросительно на меня. Совсем не прочь остаться, поняла. В принципе, если увести отсюда вот этого капитана, то ему ничего угрожать не будет.
- С Льюшей поговори – негромко посоветовала сыну сенатора.
И обернулась к бретёру:
- Вам дозволено проводить меня, господин Айрос.
Куда только? Нашла в ментале гостевой дом, самый близкий из приличных, и, когда мы вышли к стоянке колясок, назвала кучеру адрес. По приезду собиралась по-быстрому сбросить капитана с хвоста и отправиться домой.
Но этим планам не суждено было сбыться, в пригороде нас остановили и приказали выйди из коляски. Группа всадников, человек двенадцать, похоже, военная полиция. Мой спутник, разглядев мундиры, не стал возмущаться и послушно выполнил требование. Я же поначалу не слишком озаботилась, всё-таки, война у них, да и диверсанты в республику изредка заходят, хи-хи. Но вскоре заметила, что смотрели задержавшие нас мужчины в форме главным образом в моём направлении, ни Айрос, ни возница особо их не заинтересовали. Может, воровку ищут, попыталась себя успокоить.
- Девушка, расстегните пояс с мечами и бросьте его на землю – приказал один из всадников.
Нет, искали не воровку, а конкретно меня. И нашли. Ладно. Уктеры я могу призвать отовсюду, не проблема. Послушно сняла пояс и демонстративно откинула его в сторону. И тут же вежливо поинтересовалась:
- А в чём дело? Почему вы остановили нас?
Ответом меня не удостоили, старший офицер что-то негромко проговорил, и трое всадников, отделившись от группы, вплотную подъехали ко мне.
- Вы арестованы – услышала – Стойте смирно.
Через пять минут подъехала карета с нарисованными зашторенными окнами, и меня любезно пригласили занять в ней место.
К тому времени я уже успела проверить, чего же этим службистам от меня понадобилось. Ничего. В смысле, они и сами не знают. Начальник военной полиции северного округа столицы поручил своему заместителю задержать в этом месте девушку с моими приметами, сам указаний ни от кого не получал. Не нашла я, от кого он их получил.
Казалось бы, очевидный случай божественного вмешательства, но это вряд ли. Не станет Тарум пакостить мне таким образом, смысла нет. Гертосу, вроде, тоже ни к чему, Нунье тем более. А других богов здесь быть не должно, да и вообще, никто из них не может знать, где я нахожусь и чем занимаюсь. Я и сама не знала, что выберу именно тот гостевой дом в качестве адреса. Налицо наличие странных непонятностей, а их я очень не люблю. Чрезвычайно.
В общем, решила не сопротивляться и лично выяснить, чего же от меня хотят. У приказавшего задержать меня полковника и выясню. Создала записку с извинениями, что задерживаюсь как минимум до обеда следующего дня, и отправила её прямо в руку сидевшему в кресле Лурсу. Потом всё ему объясню подробно.
Сама безропотно уселась в карету и позволила отвезти себя в гарнизонную военную тюрьму. Кстати, отвратительнейшая из всех, в которых мне доводилось бывать. Зато очутилась в общей камере, в которой уже находились трое других заключённых. Мужики, естественно. Очень рядовой сержантский состав, так сказать.
Подружились мы не сразу, первый час они меня побаивались. Поскольку выглядела я такой из себя высокородной, да и светляк зажгла, как только дверь за мной заперли. Вроде, чтобы осмотреться, а на самом деле для избегания разных неприятных для старожилов недоразумений. Но потом мы понемногу разговорились, и полночи болтали за жизнь. Говорили в основном они, за свою тяжелую солдатскую жизнь. Я поддакивала и выражала всяческое сочувствие.
Все трое из граждан, служат без особого рвения и только ради бесплатного образования для детей. Которых ещё нет, но после увольнения обязательно появятся, заверили меня, поскольку они станут завидными женихами и к ним сразу же образуется очередь из красивых, приветливых и ласковых невест.
Мне всё это было не то чтобы очень интересно, но молча лежать на вонючей подстилке топчана ещё хуже. Поэтому изображала участие, задавала наводящие вопросы. Пока все трое не уснули. Слава богам, храпел только один, да и тот не слишком громко.
Ближе к утру тоже задремала, но часов в шесть меня разбудил скрип открывающейся двери. Вошёл караульный и, стараясь ступать бесшумно, направился ко мне. Мне прямо интересно стало, что же он такое задумал. Лежу с закрытыми глазами, практически не дышу и с любопытством наблюдаю за приближающейся фигурой. В предвкушении. И вдруг заметила, что в правой руке мужчины находится сабля. Точнее даже не сабля, а мой уктер. Вот тебе раз.
Быстренько мотанула назад предысторию. Никакой это не караульный, караульный лежит в коридоре уже без головы. Это один из задержавших меня офицеров. Успел проверить боевые качества конфискованных клинков и, похоже, что-то у него в голове перемкнуло, на почве восхищения результатами проверки. Решил убить меня и оставить оружие себе? Похоже, так и есть, подошёл вплотную и уже замахнулся. Нормально, да?