- Господин дознаватель, клянусь, я ничего не скрываю, - дрожащим голосом возразила девушка.
- Тогда прекратите мне лгать и немедленно отвечайте, за что вам заплатили три тысячи золотых монет!
На лице Перисы появились слёзы. Мужчина поморщился, а я с трудом удержалась от того, чтобы вмешаться. Рано ещё, пока не совсем понятно, насколько тип адекватен и чего вообще хочет.
- Пускание водички из глаз здесь вам не поможет, оставьте эти ваши дамские приёмчики для своего жениха. Он ведь считает вас порядочной девушкой, не так ли? Не знает, что последний ваш любовник выиграл ваши постельные услуги в карты. А перед этим вы продемонстрировали присутствовавшей публике все ваши прелести. Так это было?
Периса промолчала.
- Значит, это правда. И вы, конечно же, об этом своём прилюдном позоре рассказали любимому мужчине, за которого собираетесь замуж.
Периса закрыла лицо руками и едва заметно покачала головой.
- Не рассказали, - удовлетворённо кивнул дознаватель - конечно. Если бы он об этом узнал, то не стал бы предлагать руку и сердце столь распутной особе.
- Чего вы от меня хотите? - негромко проговорила Периса, не отнимая рук от лица.
- Я хочу услышать от вас правду. Признайтесь, что вы знали о планах великого князя осуществить государственный переворот, но проболтались Гинье Беглой. И именно за это получили от неё деньги.
Девушка медленно сложила руки на коленях, затем ровно и спокойно ответила:
- Это ложь, я ничего не знала о государственном перевороте.
- Очень жаль, что вы не желаете сотрудничать со следствием. Значит, придётся вызвать на допрос вашего жениха, возможно, он тоже был вовлечён в заговор.
- Но я познакомилась с ним уже после ареста князя!
- Это вы сейчас так говорите. Но, учитывая вашу репутацию распутной и совершенно неразборчивой в связях особы, никакой веры вашим словам нет. И об этом я тоже поговорю с вашим женихом. Из мужской солидарности, поймите меня правильно.
- Вы шантажируете меня?
- Я предложил вам честно и откровенно поговорить со мной, без всякой ложной скромности. К сожалению, вы не пожелали этого делать и продолжаете меня обманывать.
Периса помолчала, затем решительно заявила:
- Я готова повторить все мои слова под действием зелья правды!
- В этом нет никакой необходимости, мне уже всё понятно. Если вам нечего добавить, то больше я вас не задерживаю, можете идти. Не забудьте передать своему жениху, что вскоре он получит повестку в королевский тайный сыск. Не знаю, правда, как вы собираетесь это объяснить ему - усмехнулся.
- Но... – и замолчала.
- Вы что-то хотите сказать? – участливо.
- Нет. Да. Вы подлец, сударь.
Периса порывисто встала, покачнулась, однако сумела выпрямиться и быстро вышла из кабинета.
- Наивная идиотка, - пробормотал дознаватель ей вслед и покачал головой - ты что думаешь, мы тут в бирюльки играем? Но какая наглость! Пробы негде ставить, а туда же, строит из себя святую невинность. Подобных тебе, милочка, мы так ломаем, что вы становитесь податливыми и до навязчивости услужливыми. - хмыкнул и, словно в предвкушении, потёр ладошки – Итак, жених. Как же его зовут, опять из головы вылетело... - достал из ящика стола папку, раскрыл её и принялся, быстро просматривая, перекладывать лежащие там бумаги.
Я уже собиралась проявиться, но тут в кабинет заглянула молодая секретарша:
- Господин Гросар, служба надзора интересуется, продолжать ли слежку за ушедшей дамой.
- Нет, больше не надо. И составь запрос на арест всех счетов этой козочки, как причину укажи высокую вероятность попытки подкупа ключевых свидетелей.
- Она что, ломается? - заинтересовалась секретарша.
- Прямо как ты на первом допросе - продолжая листать документы.
- А-ха-ха-ха - весело рассмеялась и ушла.
Блин, куда это я, интересно, попала? Не может же всё быть так плохо, как оно выглядит? Как по мне, мой прежний дознаватель, зацикленный на благе государства, был намного лучше конкретно вот этого урода. Перису он ломать собирается, смотри-ка. Или я что-то неправильно поняла, это у них такой специфический дознавательский юмор? Пожалуй, со смазливой местной секретутки я и начну свою проверку.
Да, эта смешливая секретарша на первом допросе действительно вела себя дерзко - будучи тринадцатилетней проституткой отказалась сотрудничать со шпиками. Тогда теперешний её начальник, господин Гросар, устроил ей обвинение в краже, инсценировал суд, пригласив профессиональных актёров, не в первый раз, кстати, и не в последний. И девочке типа вынесли «приговор» - 13 лет каторжных работ.
После нескольких суток издевательств со стороны жестоких сокамерников у неё мимоходом поинтересовались, не желает ли она ещё раз обсудить отвергнутое предложение дознавателя. Естественно, в этот раз она согласилась, и долго на коленях умоляла господина Гросара не отказываться от её услуг. Любых, какие только ему могли потребоваться.