Коротко глянула, чем эти герои уже успели отметиться. Рабы давно при доме, им было лет пять - шесть, когда купили. Мальчикам и самим многое пришлось испытать в плане сексуальной эксплуатации. И прежде всего со стороны вот этого самого конюха. Но потом они странным образом сдружились. Сначала он начал понемногу подкармливать вечноголодных юнцов, за их „хорошее поведение“. А когда те подросли, то сблизились уже на почве совместного насилия. Жертв у них достаточно – находящиеся в рабстве женщины, дети, даже пара вольнонаёмных. Все они о насилии предпочитали помалкивать, и давно уже не сопротивляются. Потому что кучер, как и его давняя любовница Нутра, работают здесь больше двадцати лет, молодая хозяйка знает их почти всю свою сознательную жизнь и полностью им доверяет. Напрасно это делает, кстати, оба ещё и подворовывают, при закупках. Вроде как не моё дело, но слишком уж отвратные персонажи. Открыть ей глаза, что ли?
Решила не дожидаться вечера и прямо сейчас вернуться в городской дом консула. Тут с минуты на минуту веселье начнётся, все станут немного заняты. А когда вечером меня не найдут, никому даже в голову не придёт недоумевать, как же так случилось, что побег новой работницы не заметили. И что вообще сбежала, тоже не удивятся. Любая бы сбежала от подобного дурдома.
Я обработала эту гопкомпашку ещё на лестнице, до второго этажа они не дошли, меня даже не видели. Постояли немного, и молча потопали обратно. Потому что стало стыдно за всё, что успели натворить в своей жизни. У них появилось жгучее желание прилюдно покаяться, непременно получить заслуженное наказание и лично возместить ущерб жертвам. У Нутры то же самое, и она отправилась во двор, каяться. Мужчины сейчас будут хлестать друг друга плетьми - за каждое изнасилование положено 20 ударов. Кроме этого, большой штраф. Если изнасиловали свободную, то деньги получает сама женщина, а если рабыню, то её хозяин. Вроде как за порчу имущества. Поэтому, когда приедет госпожа, они признаются ей во всех своих грехах.
Что она с этой информацией сделает, не имею понятия. Может, просто посмеётся, может, заставит выплатить штрафы, а может, уволит их. Про неё я ничего не знаю, и знать не желаю. Потому что голова у меня не резиновая, для начала – там и так завалялась бездна ненужной мне информации из кучи миров. И я никак не могу её забыть, хоть иногда и очень хочется. А во-вторых, у хозяйки бардак тут творится, а она не в курсе. Изображает из себя всю такую усталую и замученную тяжёлой работой, ага. Не заинтересовала она меня, в общем.
Сразу в дом консула решила не переноситься, там на всех входах охрана и дворецкие, поэтому лучше официально войти. Немного прошлась пешком, от ближайшей подворотни. На вопрос, кто я такая, ответила: «наложница Зутракина, гостя эквита Нартог». Пропустили.
Зак был в спальне, один. С задумчивым видом валялся на своём красиво вышитом тюфяке. Перед этим, последовав советам прислужниц, принял баню и переоделся в местные одежды. Собственные у него забрали, пообещав привести их в порядок. Что там было не в порядке? Стильные кожаные штаны, вязаная шерстяная рубаха. Всё чистое. Ну да не важно. Менять мокасины на сандалии он отказался.
- Знаешь, когда тут ужин? – окликнула его с порога.
Мой спутник сел на кровати и тепло улыбнулся:
- Привет, Лина. Нет, не знаю. Мне сказали, что хозяин дома уехал, до утра не вернётся, но мы можем заказать еду в любое время.
- Ты проголодался?
- Немного. А ты?
- И я не прочь перекусить, но не здесь. Давай в город сходим? Погуляем, найдём там приличное место с приличной едой. Ты из дома выходил вообще?
- Нет, – покачал головой – не выходил. Сначала меня заставили мыться, потом подстригли, побрили, потом показывали дом, потом они мне надоели и я ушёл сюда.
- Извини, задержалась – правда стало неудобно – Так что, идём?
Он соскочил с кровати, нацепил на пояс лежавший под тюфяком меч, и обернулся ко мне:
- Готов.
- Гиматий накинь – кивнула на аккуратно сложенные одежды в угловом шкафу – Выходить на улицу без него считается неприличным.
Увидела растерянное выражение лица своего мужчины и хлопнула себя по лбу – раз мы тут надолго, надо ему и общие знания культуры и обычаев этой цивилизации дать.
Потом помогла Заку облачиться, осмотрела, и решила, что мне тоже не помешает переодеться. Чтобы не выпасть из образа. Ускакала в свою спальню, сотворила на себе местное национальное облачение незамужних богатых девушек. Критически изучив результат, немного доработала некоторые детали, и, довольная собой, вернулась к кавалеру. По крайней мере, на этот вечер будет кавалером.