— Здесь?! В нашей кодировке и по-русски?!!
— Именно поэтому мы и приказали вам немедленно эвакуироваться.
— А кто передал сигнал?
— Пока не знаем.
Это было похоже на немыслимый танец. Стараясь, чтобы внешняя оболочка скафандров не коснулась ничего, кроме одетых в перчатки рук, астронавты совершали всевозможные пируэты для ее снятия. Вместо обычных двух-трех минут на разоблачение ушло около пятнадцати, а присутствовавшие устали до такой степени, будто только что заново прошли полный курс физподготовки.
Когда все закончилось, Лорри знаком отогнал всех от лежавших на полу предметов облачения. Склонившись, он дотошно, миллиметр за миллиметром, начал проверку валявшейся амуниции. В подмышечной складке скафандра Айсберга его внимание привлекло небольшое сероватое пятнышко.
— Это что?
Риторический вопрос. Пыли и грязи на «Ассоциативном» не могло быть по определению. Отметка на материи могла появиться только после посещения планеты. Это была небольшая частица того самого моря. И эта небольшая частица увеличивалась в размерах. Медленно, но уже достаточно различимо даже на глаз.
— Никому не двигаться.
Лорри бросил скафандр на пол, следом туда же полетели и перчатки с его рук. Капитан быстро завернул все лежавшее на полу вместе с изоляционной материей в один огромный тюк, подхватил его и выбежал в шлюзовой отсек, к капсуле.
Дальнейшее команда могла видеть только на экране расположенной в комнате переодевания системы слежения за шлюзом. Капитан быстро подбежал к открытому боту, забросил внутрь сверток, кинулся к пульту аварийного открывания ворот.
— Что он делает? — поняв, что задумал Эдуард, Бойо рванулся в сторону двери, через которую только что прошел Лорри. Дверь не поддавалась, она была заблокирована.
Тем временем капитан уже набрал нужную комбинацию, ворота шлюза начали медленно открываться. Не дожидаясь, пока они откроются окончательно, Лорри включил систему гидравлики. Бот начал движение. Все произошло одномоментно. Открытие шлюза и отстрел капсулы за пределы «Ассоциативного». После чего ворота вновь закрылись.
Еще через некоторое время разблокировалась дверь, в которую ломился Бойо. Пилот ворвался в шлюз и тут же столкнулся с Лорри.
— Как?! Ты жив?
— Все нормально. Теперь — все нормально, — Эдуард спокойно отстранил недоумевавшего Бойо.
— Ни один человек не сможет выжить после пребывания в вакууме…
Но капитан смог. Вот он, как ни в чем не бывало идет по коридору в сторону центрального поста управления. Но тогда он не может быть, он должен быть… Догадка о том, кем на самом деле является Лорри, заставила оторопеть.
— Удивлен? — дружески подмигнул Айсберг. — Ничего особенного. Я уже давно предполагал нечто подобное.
— А я — знал, — прошептал Парнишкин. — Мне, как медику, было положено… Но мне приказали молчать…
Глава 12
— А-а! Вот и наш металлический болванчик появился. Как поживаем? Или ты не поживаешь, а существуешь? Какие будут новые руководящие указания?
На вахте они были вдвоем — Бойо и Парнишкин. Пилот занимал свое привычное место за пультом управления, медик дублировал его действия со штатного места навигатора. Продолжая разгон, «Ассоциативный» уже покинул пределы так недружелюбно встретившей его звездной системы, но решения о том, куда он направится далее, пока принято не было. Наиболее вероятным представлялось возвращение на Землю, хотя анализ удивительного сигнала, спасшего жизнь двум членам экипажа, подсказывал иное.
Где-то поблизости должна быть жизнь. И не просто жизнь, а разумная, далеко опередившая в своем технологическом развитии земную. Но искать ее, рассчитывая просто на удачу, по окружавшим «Ассоциативный» звездным системам, можно было сколь угодно долго и безрезультатно. Сигнал пропал, а вычислить точку его передачи по тем скудным данным, которые зафиксировали бортовые системы звездолета, не удавалось. Таким образом, корабль сейчас шел в первом попавшемся направлении, просто поддерживая внутри отсеков обычную земную гравитацию.
Двое суток неопределенности, двое суток молчания. И вновь траур. И, хотя Копейко и был самым неприметным из членов экипажа, всегда в одиночку, редко с друзьями, но все уже так привыкли к этому обитавшему где-то там, за чертой, малоговорящему человеку, что его гибель будто захлопнула некую отдушину, сквозь которую энергия экипажа могла выплеснуться далее, за его пределы.
И кроме того, капитан Лорри. Не человек. Обычная наделенная интеллектом говорящая машина, поставленная руководить своими же создателями. Открывшаяся тайна по-разному подействовала на членов группы. Айсберг воспринял новость спокойно, Хашвили и вовсе пропустил это мимо ушей, а вот Бойо был в гневе. Будто что-то вычеркнуло Лорри из его жизни и понимания. Для него он не просто умер, он стал ничем.