Они вышли. Снаружи, как и везде на этой планете, было нестерпимо жарко и душно. Ослепительно-яркий свет полуденной звезды резанул глаза, заставив на мгновение потерять ориентацию. Земляне надели очки, почему-то сегодня без них было особенно трудно. Подошли к ограждению. Легкая на вид сетка оказалась абсолютно жесткой на ощупь. Будто дотрагиваешься до шершавой брони военной машины. Ворота закрыты. Зато практически невесомая калитка легко вращается на своих шарнирах.
— Похоже, предполагается только пешая прогулка, — усмехнулся Сандро убедившись, что несмотря на кажущуюся ажурность, даже дверь в воротах имеет такую же жесткость, что и вся остальная конструкция забора.
— Так идем. «Ассоциативный», вездеход оставляем на ваше попечение.
— Принято.
Они осторожно пересекли границу странной территории, прошли несколько шагов.
«Как воры», — почему-то подумалось Бойо. Он остановился, обернулся назад.
— Вот черт!
— Не понял…
Сзади виднелся оставленный исследователями вездеход, дорога, пучки низкорослой травы по ее обочине, переходящие в аккуратно подстриженный «английский газон» на территории…
— Мне это кажется или ты это тоже видишь?
— Вернее, я тоже этого не вижу.
Бойо и Хашвили быстро вернулись назад, к границе территории. Забора не было!
— Вот здесь, это же явно…
Они пересекли стык газона и дикорастущей травы, то место, где должна была находиться ограда, и забор вновь появился. Прочный, вполне имеющий все шансы выдержать даже атаку разогнавшегося вездехода землян.
— Это как понять?
Выйдя с территории прямо сквозь запертые ворота, исследователи снова смогли зайти туда только через калитку, при этом забор вновь исчез.
— Класс! — Хашвили еще несколько раз поигрался в прохождение сквозь стены. — Просто реальное воплощение ленты Мебиуса.
— Чего?
— Имеет только одну сторону. На Земле тоже есть один объект, очень похожий на этот забор. Радуга. С одной стороны — есть, а с другой — нет.
— Потрогать нельзя, — нахмурился Бойо.
— Зато через этот забор можно выйти где угодно. То есть задерживать нас тут никто не собирается. Будем еще играться, или дальше пойдем? Предупреждаю: объяснить это явление не только я, но и на всей Земле вряд ли смогут. Так что предлагаю просто совершить экскурсию и посмотреть, что еще имеется в загашнике у местных.
— Оружие проверь, — осадил начавшего забалтываться историка пилот. — «Ассоциативный», вы все видели? Усильте наблюдение за вездеходом, мы идем внутрь.
— Принято. Ребята, при малейшем намеке на опасность — немедленно назад.
— Это уж как получится.
Исследователи вновь двинулись к строениям внутри территории, огороженной странным забором.
«Лучше уйти», — почему-то мелькнуло в голове Бойо. Он нервно осмотрелся. Нет. Пока все спокойно. Вокруг ни единого движения.
Они почти приблизились к одному из зданий. Вот что-то сбоку… Пилот резко развернулся. К ним приближался местный. Почти похожий на тех, которых они уже видели в поле, но все же чем-то отличающийся. Ростом. Слишком высок. Метра за два. И бугры мышц рельефнее. Остановившись метрах в трех от землян абориген угрожающе поднял вверх руки и оскалился.
— Что это он?
— Похоже, недоволен нашим присутствием. Прогоняет. Спокойно, не двигайся.
Помахав руками, австралопитек опустил их вниз, оперся ими о землю и вдруг сделал огромный прыжок в сторону людей.
— В сторону! — Бойо резко толкнул вбок зазевавшегося Хашвили, а сам, уходя от атаки разъяренного аборигена, бросился вниз, одновременно пытаясь сделать нападавшему подсечку.
Местный лишь слегка зацепил пилота, пролетев над ним. Вскочив на ноги, Бойо вытащил пистолет, направил его в сторону амбала, но абориген как ни в чем не бывало уже убегал от них в сторону зданий.
— Что это с ним?
— Похоже, не все местные одинаково безразличны к нашему присутствию, — вставая на ноги заметил Сандро. — Пойдем дальше?
— Если будет еще одно нападение, я буду стрелять.
— Вообще-то, я бы не советовал. Попробуем потихоньку, недалеко…
Медленно пройдя еще метров триста, исследователи обогнули одно из зданий странного городка.
— А вот и их детская площадка.
За зданием открылось нагромождение столбов с натянутыми между ними веревками, несколько лестниц, отдаленно напоминавших шведские, а также пара волчков, очень похожих на хорошо знакомые с детства дворовые карусели. И вокруг всего этого суетилось несколько десятков маленьких аборигенчиков.
— Как в детском саду на прогулке, — Хашвили замер. — А вот и мамаши.