Кто-то из комиссии задавал вопросы, такие, что я даже не сразу поняла, о чем идет речь, а потом мне дошло, что они растеряны не меньше меня, следовательно, сами едва ли поняли тему.
– Еще вопросы? – уточнил председатель приемной комиссии.
– Да, – подал голос Тимур (Меня с ног до головы окатило ледяной волной). – Считаете ли вы вывод, сделанный вами научным и не требующими никаких коррективов.
Я нахмурилась, задумавшись: «К чему он ведет?». Это провокация или просто вопрос. Стала бы я считать его провокацией, если бы не вчерашняя ночь?
– Это научная работа, – наконец ровно произнесла я. – А не истина в последней инстанции. У меня есть гипотеза, которая подтвердилась исследованием, но я не догматизирую данный вывод. К тому же выборка была небольшой, если бы у меня была возможность продолжить, могли бы открыться новые данные, пока они, увы таковы.
– Предположим, такая возможность у вас есть, – мне показалось или Тимур подмигнул. – А вот есть ли желание продолжать изучать эту тему?
– Вы знаете, – вздохнула я, вспоминая каким ровным менторским тоном вчера отчитывал этот мужчина, а его подружка доводила до экстаза. Боже, нечто внизу живота дрогнуло, и я еще сильней вцепилась в трибуну в надежде не упасть. – Пока сложно ответить на этот вопрос. Тема, несомненно, занимательная, но я порядком устала от нее, хотелось бы отдохнуть восстановить силы и тогда станет понятно.
– Хм, – ухмылка его была многообещающей, окажись мы наедине и я могла предсказать наверняка, что за ней последует. – Ответ настоящего ученого. Что ж если заинтересуетесь темой настолько, чтобы продолжить, приглашаю вас к себе на стажировку.
Студенты и члены приемной комиссии зааплодировали, я же стояла, как пыльным мешком ударенная.
15.
Когда нас наконец-то отпустили, я покинула аудиторию самая первая. От кого или куда я бежала я и сама не знала. В коридорах было пусто, у других студентов шли пары, ну еще бы в это время. То тут, то там мне попадались люди, но в остальном была пустота, где-то позади я слышала голос взволнованной Лизки, но неслась вперед, словно навстречу со светлым будущим.
Выдохнула я на лестничной клетке между четверным и третьим этажами в новом корпусе. Я не знала, чего боялась. Меня, слава богу, не завалили и я получила заслуженную пятерку. О том, что произошло вчера между нами тремя вряд ли бы кто-нибудь узнал, да и не нужно было это скорее всего ни Марго, ни ее парню, но то что он знаком со Свиридовым и занимает такую должность было для меня полной неожиданностью, вот это номер. Хорошо, что я вчера сдержалась и не рассказала о фальсифицировании данных.
Ну как, как обладатель такого сильного красивого мощного тела, таких мускулов, просто гуру и бог секса может при этом занимать такую должность и обладать как оказалось, не дюжим интеллектом, я терялась в догадках. А Марго кто? Новый ректор нашего университета? Представляю что за учебный год ожидает наш ВУЗ в будущем.
– Киселева, поздравляю, – подойдя ко мне и похлопывая по плечу, произнес Свиридов. – Не ожидал от вас такого пламенного яркого и страстного выступления.
Я невольно дернулась, освобождаясь от его руки, и часто захлопала ресницами пытаясь понять, смысл сказанного. Блестящего, профессионального, мастерского это да, но пламенного и страстного. Да в науке часто сравнивают пытливость ума со страстностью, но нет, он имел ввиду совершенно иное. Я уставилась на него, будто увидела впервые в жизни.
– Тимур Борисович вами очень доволен, – улыбаясь, произнес Свиридов, все же убирая свою руку. – Именно о его присутствии на защите я хотел предупредить вас в машине вчера, но вы так неожиданно убежали.
«Вот как? – возмущенно подумала я. – И для этого нужно было меня подвозить? Мог бы просто сказать и уехать». Впрочем, я тут же мысленно дала себя отрезвляющую пощечину. И сосредоточила всю свою злость и раздражение возникшей ситуацией на Свиридове. Эта скотина еще недавно передоложил мне выбрать другую тему, отказался помогать в поиске испытуемых и теперь он еще смеет меня хвалить? Хвалить мою работу, мой фальсификат, который я была вынуждена сделать из-за его равнодушия. Пусть я шарлатан в науке, но и чувство собственного достоинства у меня все же есть.
– Да-а, – язвительно протянула я, все отметки давно выставлены и вряд ли это на что-то повлияет. К тому же Свиридов, как мой научный руководитель вряд ли станет подставляться, поэтому я дерзко глядя ему в глаза, произнесла: