Если посмотреть на карту экономического роста, видно, что он происходит прежде всего там, где экономика развивается за счет предыдущих циклов. В КНР продолжается бурная урбанизация, которая требует колоссальных капитальных вложений в создание инфраструктуры и формирования потребления, характерного как для нынешнего, так и для предыдущих технологических укладов. Хотя Китай давно превратился в глобальный центр производства электроники (в том числе для американских флагманов, таких как Apple), его рост подстегивается потребностью во всем остальном — от жилья и метро до автомобилей и продовольствия. В 2013 году, по прогнозам, КНР впервые в истории обойдет Европу (весь ЕС плюс Россию и Турцию) по производству автомобилей. Основная часть выпуска — а это 19,3 млн машин — будет предназначена для быстро расширяющегося внутреннего рынка.
Другие очаги быстрого роста — это страны Африки, Азии и Ближнего Востока, которые поставляют сырье (от нефти до редкоземельных элементов) китайскому и другим развивающимся рынкам. Все же развитые экономики, по прогнозам МВФ, в ближайшие год-два ожидают исторически низкие темпы роста. Даже Соединенные Штаты, где пытаются проводить реиндустриализацию за счет недорогого местного сланцевого газа, будут расти значительно медленнее (2,1–2,4% ВВП в год), чем до последнего кризиса, — просто потому, что текущий уклад приближается к своему логическому концу.
Когда и где начнет складываться новый технологический уклад — сегодня не знает никто. Возможно, в ближайшие годы, но, может быть, и к концу десятилетия. В любом случае он сможет появиться лишь там, где есть технологическая база. «Часто говорят о том, что биотехнологии, биоэлектроника или нанотехнологии могут сформировать следующую технологическую революцию. На самом деле они уже активно развиваются в рамках логики информационного общества. И сегодня находятся там, где нефтяная промышленность и автомобилестроение были в конце XIX века, а электроника — в 1950-х», — полагает Карлота Перес. До тех пор быстрые темпы роста смогут обеспечить лишь страны догоняющего развития в рамках нынешнего и предыдущих циклов.
Лондон
Карта
Темпы изменения ВВП в 2013 году (в процентах)
График
Темпы роста никак не могут вернуться на докризисные показатели 2003-2007 годов
Потеря капитала
Павел Быков
Риски возникновения новой волны глобального экономического спада оценивает директор по инвестициям европейского подразделения банка Coutts Норман Вилламин.
Директор по инвестициям европейского подразделения банка Coutts Норман ВилламинНорман Вилламин
Кадр: Bloomberg TV
— Насколько высок риск того, что длительная экономическая стагнация в мировой экономике спровоцирует новый спад?
— Крайне слабое восстановление может иметь отрицательное влияние на потенциальный экономический рост — из-за потерь как человеческого, так и физического капитала. Люди, не работающие в течение длительного периода, сталкиваются с более высоким риском потери статуса рабочей силы — либо потому, что они теряют надежду, либо по причине того, что теряют навыки. Это также означает, что потенциальный рост экономики снижается из-за сокращения человеческого капитала. Например, в США уровень длительной безработицы (более 27 недель) достиг рекордного максимума после кризиса 2008 года.
Когда потребительские расходы находятся на низком уровне, компании неохотно инвестируют, боясь, что на их продукцию не будет достаточного спроса. За исключением нефтяного кризиса в 1970-х, в рамках которого потребовались большие инвестиции в энергоэффективное оборудование, инвестиции и потребительские расходы всегда шли рука об руку. Низкие инвестиции также отражаются на производственных мощностях и уровне потенциального роста в будущем.
Учитывая структурные сложности, возникающие в ключевых периферийных экономиках, можно говорить о том, что с риском перерастания стагнации в спад столкнулась и Европа. Как нам кажется, ЕЦБ во второй половине 2012 года успешно противодействовал негативным тенденциям. Тем не менее нужно приложить еще немало усилий, чтобы предотвратить затягивание стагнации.