Цветомузыка для бандитов
«В институте мы всегда себя позиционировали следующим образом: мы — инженеры, и если задача понятна с физической точки зрения, то мы ее решаем, — рассказывает Анатолий Борейшо. — Наша цель — облечь идею в прибор, в какую-то машину, и заставить все это работать». Одной из самых интересных разработок военмеховцев стал технологически очень сложный сопловый блок для мощных газодинамических лазеров мегаваттного класса. Это были закрытые работы. «Как-то в библиотеке Академии наук, — вспоминает Борейшо, — я столкнулся со свежей статьей американских разработчиков, где они представляли схематически похожую конструкцию, только совсем маленькую, как принципиально новый блок газодинамических лазеров. Было чувство гордости за свою работу и в то же время немножко обидно, что мы сделали подобный агрегат раньше и намного более мощным, а об этом никто не знал». Чувство обиды было с лихвой компенсировано через несколько лет, когда американские специалисты, впервые появившиеся в институте, увидев эти самые блоки, были просто потрясены: в 1986 году, когда вышла их статья, они прекратили работы в этом направлении, так как не видели технологической возможности сделать конструкцию большего размера, которая могла бы обеспечить необходимую мощность газодинамического лазера.
На кафедре лазерной техники научились зарабатывать деньги еще в советское время. «Как инженеры мы были заметны, — рассказывает Анатолий Борейшо. — Всем нравились наши сопловые блоки, это было интересно. Это было оригинально, никто не ожидал, что так можно сконструировать, причем агрегаты эти обходились недорого: они собирались наподобие пчелиных сот из небольших идентичных деталей, которые изготавливались промышленными автоматами. Эти очень современные технологии приглянулись многим специалистам, которых мы до того не знали, в том числе из атомной отрасли. В результате мы начали выполнять для них все больший объем НИР, а знакомство с ними потом нам очень пригодилось».
В 1989 году Военмех и петербургский ВНИИ метеорологии создали малое государственное научно-производственное предприятие, а годом позже, как только появилась возможность, возникла компания «Лазерные системы», учредителями которой стали все сотрудники кафедры. Уже тогда на предприятии числилось двадцать человек. Одни работали, а другие нет, между тем все заработанные деньги делились поровну. Эта схема работала из рук вон плохо, смеется Борейшо, колхоз — он и есть колхоз, он еще мог как-то жить в 1930-е годы, когда за безделье можно было и в лагерь угодить, но никак не в свободные 1990-е.
Кандидат экономических наук Алексей Борейшо, генеральный директор ОАО «Объединение научно-производственных компаний»
Фото: Юлия Лисняк
В 1991-м налаженный за годы порядок рухнул, а заказы от ВПК практически сошли на нет. Анатолий Борейшо, оставаясь заведующим лазерной кафедрой, организует с одним из своих первых выпускников Алексеем Морозовым частную компанию с прежним названием. Небольшая команда единомышленников, преподавателей и научных сотрудников кафедры стала учиться выживать в новых условиях. Изготавливали медицинские лазерные устройства, но не для хирургии (на это у больниц тогда просто не было денег), а приборы с низкоинтенсивным лазерным излучением для сомнительного по результатам терапевтического домашнего лечения — все это было на грани шарлатанства, поэтому к подобной деятельности в компании быстро охладели. Зато пошли на ура приборы для цветомузыкальных шоу. Был создан компактный прибор с хорошим дизайном, который приобретали финны и поляки, а в Петербурге их основными покупателями стали бандиты, владельцы ночных клубов и дискотек: «Ужас что было, эти ребята запросто могли приехать домой в два часа ночи и заставить ехать на свои нескончаемые праздники жизни чинить сломавшийся прибор — правда, не били, относились уважительно, но с чужим временем совершенно не считались». Проектировали все узлы сами, был даже свой механический участок, где ученые сами работали на станках, но душа к такого рода изделиям все равно не лежала.
«Лазерным системам» как высокотехнологичной компании помогли выжить те же газодинамические лазеры, которыми ученые так успешно занимались в Военмехе в советское время. В начале 1990-х к основателю лазерного направления в Военмехе профессору Григорию Шелухину, перешедшему работать в компанию Борейшо, стали приезжать китайские специалисты — его бывшие ученики. Шелухин в свое время участвовал в создании в Пекине авиационного института, позже превратившегося в Пекинский университет авиации и космонавтики, а уже в нашем веке — в знаменитый университет Бейхан, и знал тамошних специалистов. В Китае в то время уже начиналось масштабное вливание средств в науку, и когда в 1991 году Борейшо по рекомендации Шелухина приехал в институт прочесть там курс лекций, он не только договорился о создании в Бейхане лазерной кафедры, но и заключил с ректором свой первый международный контракт стоимостью 15 тыс. долларов на поставку 100-ваттного газодинамического лазера.