Поскольку реальные центры политического влияния находятся в основном в непубличной, закрытой части системы, весь фокус внимания страны сосредотачивается на одной фигуре — фигуре ее президента. В условиях нарастания внешних угроз вместе с рейтингами доверия возрастает и его политическая ответственность. По сути, рейтинги — это и есть ее выражение, они фиксируют ожидания, а не только лояльность. Такая концентрация ответственности создает очень высокие системные риски, которые были бы слабее в случае ее распределения между ветвями власти и политическими институтами.
Создать оппозицию
Чтобы преодолеть эти риски и укрепить государство, России нужна открытая политическая система с сильной парламентской оппозицией. Как показывает опыт стран, прошедших аналогичный путь, ее создание в относительно короткие сроки невозможно без активного участия государства, ставящего перед собой цели реальной политической модернизации и повышения качества системы власти.
Это означает, что на повестке дня стоит продолжение и активизация политических реформ. И первым делом речь идет о партийной системе.
Нужна санация парламентских партий, их кадровое обновление. Поскольку это не происходит естественным путем, вполне допустимо применение «институциональной инженерии», то есть ручной настройки партий. Вмешательство государства в эту область вполне оправданно — иначе изменений здесь не произойдет.
В данном случае можно обратиться к опыту посттрадиционных обществ, некогда поставивших перед собой цель построить демократию. Яркий пример — Япония, где после Второй мировой войны партийные институты конструировались властью или при участии власти и таким же образом реформировались. Демократические институты и новые политические традиции создавались искусственно, однако в итоге прижились и показали свою эффективность. Получилось это не сразу, стране понадобилось несколько десятилетий, чтобы прийти к развитой парламентской системе. Но правильный выбор «развилок» на каждом этапе и следование единожды поставленной цели — конструирование успешного, современного, внутренне сбалансированного государства и общества, преодоление архаизмов — в конце концов дали результат.
Необходимо реформировать внутреннее устройство партий. Они должны стать массовыми, и здесь уместны требования к числу членов. Для сохранения малых партий можно ввести понятие региональной или местной партии — это нормально для федеративных государств и в настоящее время не создает никаких угроз сепаратизма. Кроме того, партии нужно сделать открытыми и демократичными. Партийные органы должны формироваться в результате реальных внутрипартийных выборов, для чего нужны механизмы открытого выдвижения и самовыдвижения кандидатур, тайного голосования, честного подсчета голосов и т. д.
Для отбора кандидатов на выборы следует сделать обязательными партийные праймериз. Они должны стать открытыми и конкурентными, а их результаты — обязывающими при формировании списков.
Необходимо восполнить дефицит политического предложения на праволиберальном фланге, создав здесь одну или две сильные партии с возможностью их превращения в парламентские.
Для того чтобы обеспечить полноценное политическое представительство, следует рассмотреть возможность изменений в избирательной системе.
Так, эффективным может стать проведение парламентских выборов по системе двух- или трехмандатных округов. Такая схема применялась во многих странах (в том числе и в Японии) и позволяла увеличить представительство оппозиции, а также смягчить один из основных недостатков мажоритарной системы — потерю голосов избирателей, проголосовавших за непобедивших кандидатов.
В двух- или трехмандатном округе победителями являются кандидат, который набрал большинство голосов, и следующие за ним по числу голосов один или два кандидата (соответственно, от других партий).
Применение похожей системы, например, в Аргентине в первой четверти прошлого века модернизировало ее политическую систему, создало сильную парламентскую оппозицию, усилило политическое влияние средних прослоек общества в противовес традиционной олигархии.