Мазай сначала хохотнул, представив то, что рассказал друг, а потом уже серьёзно присмотрелся к упомянутой особе.
- Стерва. Подвид обыкновенная, - проговорил он. – Мы, конечно, можем уйти, но разве она того стоит? Ты сейчас не на работе. Будем надеяться, что она сюда без группы поддержки пришла.
- К демонам её! С минуты на минуту «Дотсы» начнут выступление. Я не собираюсь портить себе вечер из-за какой-то пигалицы, – заключил Ипполит Андреевич и развернулся в сторону сцены.
- Полностью с тобой согласен, - проговорил Алексашин и посмотрел на свой смарт. – Что-то они запаздывают.
Как только он договорил, софиты на сцене замерцали, не позволяя разглядеть что-либо, а когда снова равномерно осветили площадку, там уже были музыканты рок-группы «Дотсы» и их неизменный солист Боб Миллан – высокий худощавый мужчина с длинными тёмными волосами, собранными в низкий хвост, одетый в жёлтую футболку, чёрную жилетку и такие же чёрные кожаные штаны. Раздались первые гитарные аккорды – и концерт начался.
Игра музыкантов была, как и всегда, бесподобной. Зал ликовал. Все подпевали музыкантам и двигались в такт мелодии. Даже, показавшаяся Ипполиту Андреевичу чёрствой и сухой, Елена Крошина шевелила губами, повторяя текст и покачивала своей тонкой ножкой в аккуратной туфельке.
Звездин смотрел на сцену, наслаждался выступлением, но время от времени его взгляд нет-нет да падал на ненавистную особистку, которая, как оказалось, тоже любит и знает «Дотсов».
В очередной раз скосив глаза в сторону барной стоки, где сидела Елена, эксперт нахмурился, потому что девушки на месте не было.
- Не стоит так нервничать, Ипполит Андреевич, - раздался у его уха знакомый женский голос. – Я уже ухожу, расслабьтесь.
Особистка похлопала эксперта по плечу и, развернувшись, покинула зал.
Ошарашенный Звездин возмущенно посмотрел на друга за то, что не предупредил, а тот лишь руками развёл:
- Дружище, извини, но я её не видел до последнего момента. Она выскочила, как чёрт из табакерки.
Ипполит Андреевич недовольно поджал губы и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, как вдруг раздался громкий женский крик, постепенно перерастающий в гул голосов, несущих панику и ужас.
Только через двадцать минут, когда в клуб приехали полицейские и освободили помещение от посетителей, Звездин увидел на одном из столиков большой букет красных роз с обрубком человеческой ноги в середине.
Глава 2. Нехристи
Удобнее перехватив пакет с продуктами, Павел уверенным шагом вошёл в подъезд старенькой двадцатиэтажки, в очередной раз споткнулся о ступеньку, внезапно появившуюся после капитального ремонта дома, в сердцах выругался, пнув злосчастную преграду, а потом почти взлетел на второй этаж, ловко перебирая длинными ногами. Остановившись у чёрной металлической двери с красной цифрой семь на прочном полимерном экране, он дважды нажал на кнопку звонка, и стал ждать, пока ему откроют.
Щёлкнул механизм замка – и через мгновение парень оказался в узкой прихожей с покосившейся обувной полкой и старенькими обоями в мелкий цветочек.
- Как у тебя дела, бабуль? – спросил Павел, снимая свои модные салатовые кроссовки со светящимися диодами в подошве.
- Всё по-старому, внучок, - скрипучим голосом ответила невысокая сухенькая старушка с синими волосами, серьгой в носу и немного выцветшими татуировками от запястий до плеч. – Тут болит, там болит, но бабка в гробик не спешит. Хе-хе-хе.
- Ну и шуточки у тебя, - улыбнулся парень, покачав головой. – Показывай, что там у тебя сломалось. Не удивлюсь, если снова в сети вирусов нахваталась, как в прошлый раз. А ведь я просил тебя не скачивать всё подряд.
- Да ничего я не скачивала, - всплеснула руками Зинаида Ильинична. – Спокойно себе сериалы смотрела, пока на весь экран какое-то непотребство не вылезло! И не убирается никак, зараза такая! Денег просит! Но я ж не дура пенсией разбрасываться.
Павел хохотнул:
- Ничего просто так не бывает. Ну да ладно, сейчас разберемся. Я тебе тут продуктов принёс, всё, как ты просила.
- Ой, спасибо! – с улыбкой поблагодарила старушка, забирая пакет. – Я пойду чайку сделаю, а ты проходи в комнату.
Молодой человек кивнул и отправился в бабушкину гостиную, обставленную винтажной мебелью. У окна на массивном деревянном столе стоял ультратонкий серый ноутбук, на экране которого был яркий мигающий баннер с картинкой порнографического содержания и требованием заплатить деньги за то, чтобы так называемая «реклама» исчезла навсегда.