— Начинаем! — Скомандовал Альберт паладинам, которые только что установили на штатив, от которого шли провода к накопителям, стеклянную призму в золотой оправе.
Зеленоватое свечение тут же начало усиливаться, после чего над штативом образовалась зеленная полупрозрачная сфера, начавшая раздаваться вверх и в стороны.
Через несколько секунд, защитное поле целиком заволокло Башню, отрезав её и паладинов от множества соискателей обещанной хранителем силы. Некоторые, ругаясь, начали расходиться, смирившись с ситуацией. Таких было меньшинство. Большая же часть проснувшихся начала стягиваться к границам барьера, требуя, чтобы их пустили. Однако паладины и рыцари Пресветлого, продолжали стоять молчаливой стеной, не реагируя на просьбы, уговоры и ругательства.
Толпа ещё сильнее начала бесноваться, когда Башня Раздора, проявилась, а им в лог пришло сообщение о том, что она инициирована и готова принять всех носителей ключей. Самые решительные, захотели попробовать прорваться сквозь барьер. Однако эти попытки не увенчались успехом. Попадающие в барьер силовые конструкции отражались от него, возвращаясь обратно в того, кто их применял или нанося увечья окружающим. Соискателям ничего не оставалось, кроме как смириться с текущим положением дел и ждать, когда паладины завершат свои дела и отправятся восвояси…
Сердце Анвии.
Потягивая коньяк, сидя на диване, я получал эстетическое наслаждение не только от замечательного ароматного алкоголя, но и от созерцания лица Мараса. Хранитель, то подавался вперед, то бросал косые взгляды на меня, наблюдая за всем происходящим. Целая гамма эмоций сейчас кипела внутри Мараса, ища выхода.
— Ты, правильно подметил Марас, что присутствие Темного не испугает соискателей. — Решил я прервать молчание. — Но против прототипа отражающего щита активной защиты, прототипа того, которым защищен Доминос не попрёшь. Даже если все соискатели начнут беспрерывно пытаться его пробить, то он устоит как минимум сутки, но мне и этого времени будет достаточно.
— Я уже понял. — Холодно произнес Марас. — Рыцари с воплощением Пресветлого, это плакальщики?
— Верно. — Кивнул я, подтверждая догадку Мараса. — Вплел в Книгу города Плача иллюзию, чтобы внешний вид плакальщикам сменить. Ну, и обложку новую через созидание сделал, чтобы соответствовала, а потом вручил своему воплощению Пресветлого.
— М-да. Не подкопаешься… — Произнес задумчиво Марас.
— Приходиться… — Пожал я плечами. — Не мог же просто закупорить Башню высшим божественным барьером? Тогда бы ты мог вмешаться, как хранитель. Пришлось заниматься постановкой всего этого спектакля с паладинами и Темным. Против паладинов у тебя связаны руки. Они не являются моей паствой, а значит, не имеют принадлежности к какому-либо Богу. То, что они объединены лжеверованием в расчет не берется. Ты не можешь им навредить. Как хранитель, ты не можешь вмешиваться в дела потенциальных кандидатов на роль апостолов и Богов.
— Моя ошибка, что я тебе многое рассказал. — Грустно улыбнулся Марас. — Теперь это оборачивается против меня. Что ж! Поздравляю, тебе удалось сорвать начало испытания Башни Раздора. Мне досадно и меня это злит, что ты вмешиваешься в ход моих замыслов, но в тоже время я рад наблюдать за тем, как ты растешь.
— Даже не знаю, радоваться этому или нет. — Усмехнулся я, довольно сощурившись. — В любом случае, это только начало заготовленных мной сюрпризов. Думаю, тебя ещё больше удивит то, как пройдёт испытание Башни. Уверяю, что ты будешь впечатлен.
— Подозреваю, что мне это не понравится. — Задумчиво сказал Марас, тяжело вздохнув. — Всё же рано ты стал Богом… Ладно! Скажи лучше, когда ты паладинов от Башни уберешь?
— Завтра вечером. Часам к 9. — Не стал скрывать я своих планов. — Пока пройдёт регистрация, будет уже десять. Тогда и начнется испытание. Как только окажусь на вершине разберусь с Апостолом и Виисом, после чего буду выжидать.
— Чего выжидать? — Удивился Марас, приподняв бровь.
— Я не планирую открывать ковчег сразу, как у меня на руках окажутся все три ключа. Выжду время, и открою его прямо перед началом заседания в Храме Согласия, где заявлю свои права на Анвию. Думаю, с этим проблем не возникнет. Мои требования просто некому оспаривать. В Анвии нет на данный момент ни единого инициированного Бога кроме меня, прошедшего процедуру наречения в Вечности.
— Смотрю, ты всё рассчитал. — Уважительно покивал Марас, решив ткнуть меня в один очень неприятный момент. — Что ж, очень хочу посмотреть на то, как ты убьёшь своего друга Вииса. Скажу сразу, что ты не сможешь его воскресить через созидание Сердца. Я над этим постарался. Более того, ты не сможешь вернуть к жизни всех тех, кого ты убьёшь в Башне. Может пару десятков ты и вернешь к жизни, но вот Сердцу Анвии явно не понравиться то, что ты вмешиваешься в естественный ход вещей и ты потеряешь тот единственный процент влияния, который у тебя есть.