- Ну а всё-таки – что там у вас? – с азартом спросила Катя. Глаза у неё блестели, как у Клеопатры, заметившей воробья за окном.
- Он меня поцеловал, а я ответила, - сухо и коротко, наконец, сообщила Элина.
- Вот это поворот! И ты так спокойно об этом говоришь?
- Все свои эмоции я уже дома выплеснула, - пожала плечами Элина, вспоминая, как швыряла кодексы в стену.
- А что было потом?
- Потом мне сообщили, коли я привлекательна, а он чертовски привлекателен, то чего время зря терять.
- А ты?
- А я отказалась.
- Ну, блин! – разочарованно откликнулась Катя.
- Не скажу, что мне это далось легко, - хмыкнула Дашкова. – Но я так сделала, чтобы не вляпаться окончательно.
- И как? – скептично поинтересовалась Катерина.
- Пока не особо получается, - честно ответила Элина и мрачно посмотрела в окно.
Сердечко на кофе окончательно превратилось в расплывшуюся задницу, и сие было весьма символично.
***
Элина засиделась в суде до самого вечера. Уже окончилось заседание, уже разбежались изящные помощницы и ко всему равнодушные приставы, уже погасили свет в окнах большинства кабинетов. Всё это время Элина в кабинете, читая и перечитывая дело – что-то не нравилось ей, не сходилось. И она, чертыхалась, что не обладает достаточными знаниями в отдельных областях - например, в медицине или в криминалистике. А может она просто была параноиком? Девицей с комплексом отличницы, которая никак не хотела поверить, что проиграла Краснопольскому. Даже если суд признает превышение обороны – всё равно это совсем не то. Зачем Краснопольский её поцеловал? Ему не хватало пикантности? Хотел развлечься? Поддался влиянию момента? Всё задолбало? С любовницей очередной – конечно, длинноногой и пышногрудой – расстался, вот и взыграло? Какой бы не была причина, у такого человека, как Краснопольский, с такой женщиной, как Дашкова, не может быть ничего общего.
Элина вышла из полутемного кабинета и потащилась по коридору, перекладывая почему-то потяжелевший портфель из руки в руку. Дойдя до проходной, она обнаружила, что дверь закрыта, а охранник где-то шляется!
- Да что же за день такой! – почти взвыла Элина и прислонилась в бессилье к стене.
У неё были телефоны помощников, секретарей, канцелярии и даже судей, а вот номера охранников не было. Оставалось ждать и надеяться, что он не ушел куда-нибудь надолго. В коридоре даже посидеть было негде, и она от отчаянья подергала ручку двери в первый зал суда. К её огромному удивлению, дверь заскрипела и открылась, и Элина вошла в тёмный зал. Свет лился только из окон от ярких уличных фонарей.
Она бросила портфель на стул и включила лампы, а потом присела на стол. Наверное, стоило кому-нибудь позвонить – вопрос в том, кому.
- В этом гребаном суде есть кто-нибудь живой? – рявкнул знакомый голос. – Чёртов город!
И в зал заглянул Краснопольский с фразой:
- Я не могу выйти на улицу.
А потом он увидел Элину, и брови его поползли вверх.
- У меня аналогичная проблема, - мрачно откликнулась она и уселась на столе поудобнее, болтая ногами.
На губах Краснопольского расцвела лукавая улыбка, и он почти промурлыкал:
- Какая встреча! Мой поклон трудоголикам прокуратуры.
- Спасибо, - усмехнулась Элина, - и наше вам с кисточкой.
- Можешь позвонить охраннику? – Краснопольский вновь легко перешел на «ты», как и тогда пару дней назад.
Он вообще очень просто маневрировал между их деловыми отношениями соперников и очень странными личными отношениями. Элина так не умела.
- Номера нет.
- Тогда, - Краснопольский подошел к ней и внаглую уселся на тот же стол, оказавшись очень близко, - желаете откушать сей дивный десерт?
Он порылся в своем дипломате, достал весьма помятый пирожок и протянул Элине.
Вообще Игнат очень забавно выглядел в своем безупречном дорогом костюме, с возмутительно-элегантным галстуком и блестящим дипломатом … сидя на столе и сжимая в руке столовский пирожок.