- Вот в этом, мам, вся и проблема, - обреченно ответила она, - я в Москве.
- Что, прости? – поперхнулась мама. – Где ты?!
- В Москве, столице нашей родины, - не удержалась от иронии Элины.
- Боюсь, спросить, что ты там делаешь? – в том же насмешливом тоне отозвалась мама.
- Ну как бы помягче сказать – я тут…
И она вдруг замялась, как назвать Краснопольского? Своим «парнем или мужчиной» - слишком всё шатко... и необоснованно. Своим «любовником» – слишком грубо. «Кавалером» – слишком слащаво.
- Ну? – с подозрением спросила мама.
- Со своим другом, - хмыкнула в трубку Элина.
- Поняяятно, - со значением протянула мама и захихикала, как девчонка, на секунду забыв и о Наташе из Липовки, и в принципе обо всем на свете, но потом посерьезнела. – Элина, ну ничего не поделаешь, придется тебе как-то вернуться к себе, не может же человек до ночи на улице сидеть. Твой друг может тебя отвезти?
Элина покосилась на кухню – оттуда доносились странные звуки, отдаленно напоминающие музыкальные. Через пару секунд она неожиданно поняла: у безупречного Краснопольского всё-таки обнаружился один изъян – он совершенно не умел петь!
***
Наташа оказалась высокой темноглазой красавицей, вовсе не наглой и очень приветливой. Она бы очень понравилась Элине, если бы из-за неё не пришлось уезжать из Москвы, из роскошной квартиры… уезжать от Игната. Он отвез Элину обратно, тихо проклиная незваных гостей в целом и конкретную помешавшую им девицу – в частности. Так, что Элине даже пришлось за неё заступаться, мол, девушка не знала и она не виновата.
- Чего не знала? – рассерженной змеёю шипел Краснопольский, лихо перестраиваясь из ряда в ряд. – Что у людей в выходные бывают свои планы?
Возразить было нечего.
Высадив Элину возле дома, Краснопольский очень мрачно окинул взглядом Наташу и её несколько баулов, потом с еще более кислой миной, едва кинув в знак приветствия, молча подхватил эти баулы и потащил в квартиру Дашковой. Наташа, охая и причитая, что не надо и что она сама, кинулась следом. Замыкала сие шествие Элина, которую разбирал смех от этой картины: очень злой «рыцарь» Краснопольский и шумная простая красавица.
Доставив баулы, Краснопольский зыркнул на девушек своими темными глазами так, что Наташа посчитала за лучшее – быстро нырнуть на кухню вместе со своей объемистой корзиной, наверняка полной вкусностей. А Элина не выдержала, подошла и поцеловала его в плотно сжатые губы. Отчего-то ей было очень важно, чтобы эти губы расслабились и раскрылись под её лаской, что и произошло – Игнат строил из себя оскорбленную невинность недолго. Да и вообще на невинность он отнюдь не тянул, когда притянул Элину к себе и почти впечатал в стену, быстро и жадно целуя в темноте коридора.
- А может уедем? – прошептал Игнат своим бархатным голосом.
- Куда? – от его поцелуев воля Элины быстро слабела.
- Да хоть в гостиницу, - промурчал Краснопольский ей в шею, посылая целый эшелон мурашек по коже.
- Так нельзя…
- Можно.
- Нельзя.
- Можно.
- Мяу! – разгневанно сообщила Клеопатра, которая была крайне недовольна, что её оставили одну в квартире, пусть Катерина и приходила кормить и поить.
- Сначала деревенские гости, потом наглые кошки, - ругался Краснопольский, быстро спуская по лестнице, - никакого покоя!
***
Наташа напекла пирогов с разными начинками, сделала плов и изумительное жаркое. Элина, пришедшая вечером с работы, только прикрывала глаза от восторга, когда они сели ужинать. Клеопатра, объевшаяся всего-всего, томно прикрывала глаза, облизывалась и была куда более милостива к такой полезной гостье, чем к своей вечно где-то бегающей хозяйке.
- Это так вкусно! - Элина едва удерживалась, чтобы не начать облизываться вслед за кошкой. – Но мне неловко, что ты в гостях готовишь.
- Что ты! – замахала руками Наташа. – Ты ведь целый день работаешь, а я дома сижу, да еще свалилась к тебе на голову незваной. К тому же мне только в радость – я люблю готовить.