- Конечно, - кивнула Элина, а потом добавила, - тогда кто? Кто всё это устроил? Смерть Селивановой и этот спектакль с подложным заключением?
- Не забывай, что хотя, скорее всего, это один человек, но нельзя полностью исключить вариант, когда убивал один, а эксперту дал взятку другой.
- К тому же мы не знаем точно, какую роль в этом сыграл твой Селиванов – даже если он сам не убивал, нет никакой гарантии, что он не покрывает подельника и не помогал ему, например, скинуть труп с балкона.
- И такое тоже может быть, - кивнул Игнат. – Хотя тогда подельник ему очень дорог, коли он из-за него сидит в сизо и прошел всю эпопею со следствием и судом. Или же Селиванова…
- Запугали, - закончила за него Элина. – Кстати ты же понимаешь, что я, по сути, не должна проводить расследование?
- Конечно, - кивнул Игнат, - если ты не готова в это влезать – я пойму.
- Да и твои возможности по сбору доказательств сильно ограничены.
- Разграничу, - отрезал Краснопольский и понес мыть кружки, - я должен в этом разобраться! Это дело того самого принципа, что у меня нет.
- Ясно, - Элина невольно улыбнулась и подошла к нему со спины, обняла за плечи, - значит, сами проведем расследование.
Глава 17
За окном белыми цветами благоухало какое-то дерево. Люди, окончательно расслабившиеся летом, ходили на работу в сандалиях и частенько без формы. Игнат уехал в Москву на неделю – у него начались там какие-то очень важные суды. Элина вдруг осознала: она так привыкла к его присутствию, что даже несколько дней разлуки стали ощущаться.
Она вспоминала, как Игнат вытягивался на её ковре, разложив вокруг себя многочисленные бумаги и таблицы. Они всё пытались выявить полную картину преступления. Элина выписывала всех участников и потенциальных участников дела, а Краснопольский пытался выстроить порядок событий. В светлой мятой футболке Игнат казался еще смуглее, чем был на самом деле. Карандаш, зажатый в длинных сильных пальцах, летал над бумагой. А отросшая черная челка падала на лоб. Глаза блестели азартно, словно он играл в какую-то увлекательную игру.
Элина принесла им вазу с фруктами и уселась рядом по-турецки.
- Итак, что мы имеем, - вещал Игнат, дирижируя карандашом, и вкусно откусывая крепкими белыми зубами от яблока. – Мы имеем – слова самого Селиванова, слова свидетельницы той, что я откопал между прочим, и ложное заключение эксперта. Впрочем, последнее еще надо доказать.
- Если Аллу и впрямь убили, вопрос в том: до или после падения с балкона? И падала ли она вообще? Судя по синякам, царапинам и разорванной одежде – скорее всего, падала, - предположила Элина.
- Я тоже за то, что падала, - кивнул Игнат. - Допустим, что кто-то скинул её с балкона, желая, представить всё как несчастный случай, а потом увидел, что она не умерла, и добил.
- Тогда, во-первых, этот кто-то сразу после падения должен был сбежать вниз и посмотреть, а во-вторых, странно, что при падении с четвертого этажа Алла не переломала руки и ноги, - подхватила мозговой штурм Элина.
- Скинул один, а добил другой? – подкинул идею Игнат.
- Сговор или роковое совпадение?
Элина вздохнула, вынырнула из воспоминаний и вернулась к своей работе. В конце концов, на деле Селиванова свет клином не сошёлся – у неё еще куча процессов. Помощник притащил целую кучу папок и сосиску в тесте:
- Съешьте, Элина Сергеевна, а то вы опять без обеда, - заботливо сказал он.
Телефон залился скрипкой Паганини – звонила Катя:
- Элина! Нам надо срочно встретиться! – немедленно закричала она в трубку.
- Что-то случилось? – занервничала Элина.
- Еще не знаю, - хмуро заявила подруга.
Подобный пессимизм был не в её стиле, как и истерики, поэтому Дашкова не на шутку встревожилась и назначила встречу сегодня же вечером, несмотря на усталость.
***
В кафе, конечно, дул кондиционер – бич любого жаркого лета. Почему-то в большинстве заведений признавали только два режима: смертоносная духота Сахары и средняя температура зимы в Заполярье. Катя взяла себе бокал пива и мрачно спросила у Элины: