Здесь всегда было удивительно красиво. Однажды зимой, занося в конце рабочего дня руководителю длинный отчёт, молодой человек даже углядел из окна северное сияние. Из-за городской засветки его было видно слабо, но небо в ту ночь полыхало так, что даже свет миллионов фонарей и рекламных панелей не смог полностью перебить невероятные переливы магнитной бури.
Постояв несколько секунд у окна, дипломат глубоко вздохнул и постучал в кабинет начальника.
Тот сидел за столом, перебирая бумаги, но навстречу Дипу внезапно поднялся, широко заулыбался и гостеприимным жестом пригласил его занять удобное кресло в углу.
Такого за ним обычно не водилось.
Андрей Аврелий Онельга-54, безусловно, был отличным директором и к подчинённым относился с пониманием и уважением. Тем не менее, ради сотрудников низшего и среднего звена он никогда со своего места не вскакивал, а сесть им обычно предлагал на жёсткий прямой стул для посетителей напротив своего стола.
— Здравствуй, Дип. Спасибо, что так быстро приехал. Выпьешь чего-нибудь? — совсем уж огорошил молодого человека начальник, открывая шкаф. На полке посверкивали три или четыре бутылки.
— Я, честно говоря, сильно удивлён подобным приёмом, — честно признался дипломат. — Это что же за разговор такой планируется, если Вы предлагаете мне пить с вами на рабочем месте?
— Эх, молодёжь, — посетовал директор, но шкаф закрыл. — Вам бы сразу к делу. Ну ладно, — он устроился на соседнем кресле. — Помнишь, ты всегда мечтал участвовать в сделках с оэйцами?
Сердце Дипа трепыхнулось. До сего дня и правда мечтал. Но теперь его доверие к инопланетянам сильно пошатнулось.
— Да, интересовался этим вопросом.
— Ну так вот. Знаешь, что на орбите сейчас как раз висит их корабль? Один из представителей Оэйе на днях даже давал интервью в телепередаче. Ты не смотрел?
— Смотрел.
— Вот и хорошо. Ну, вот, в общем он, в качестве жеста доброй воли, хочет пригласить землянина на свой корабль. Поближе познакомить с культурой, так сказать… Может быть, прокатиться немного между планетами… — Андрей замолчал, внимательно глядя на подчинённого.
— Та-ак, — прервал Дип затянувшуюся паузу.
— Ну и вот. У тебя есть возможность полететь.
— Почему я? Туда должен отправиться, наверно, кто-то из учёных. Историков там, антропологов, теологов, в конце концов. Кто-то опытный. Разве нет?
— А я думал, ты от счастья будешь верещать, как белка, — с лёгким недовольством отозвался директор. Он поднялся и всё-таки налил себе треть бокала коньяка. Потом вернулся в кресло.
— Но у меня же никакого опыта в таких делах!
— Я тоже так думаю, — вздохнул начальник. — Но они, как ни странно, сами тебя выбрали.
— Это как? Откуда оэйцы вообще знают о моём существовании?
— А это ты мне скажи. Примерно час назад мне пришёл запрос на видеосвязь с их корабля. Инопланетянин был очень вежлив. Сказал, что им позарез нужен представитель Земли на корабле, якобы «для лучшего взаимопонимания наших рас». И сообщил, что это непременно должен быть ты.
У Дипа побежали по спине холодные мурашки. Инопланетяне похитили Аструса, когда его самого не было дома. Вероятно, они планировали забрать обоих. А теперь пытаются заполучить его хотя бы мирным дипломатическим путём.
Это дело пахнет всё хуже и хуже.
— Я же могу отказаться?
— Боюсь, что нет, — Андрей доверительно наклонился к нему. — Дип, нельзя упускать такую возможность! К тому же, сразу после общения с оэйцем, я позвонил по разным ведомствам, ну, ты понимаешь. Все считают, что ты должен лететь. Тебе, конечно, дадут с собой кое-какое оборудование…
— А если у них не очень добрые намерения?
— Ничего на это не указывает. Оэйцы — совершенно мирная раса! Чего ты распереживался? Такое приключение!
— А вы бы полетели?
Директор задумался ненадолго.
— Полетел бы, наверное. Любопытно. А тебе уж и подавно должно быть интересно!
Дипу очень захотелось выложить всю историю с Аструсом, показать коричневую тряпку и убедить начальника, что если чужаки и дружелюбны в целом, то скелетов в шкафу у них всё равно хватает.
Но тогда пришлось бы действительно отдавать ткань на анализ и, возможно, спровоцировать серьёзный конфликт. Нельзя так поступать, не разобравшись в ситуации до конца! К тому же сейчас эта улика оставалась хоть и слабой, но единственной гарантией безопасности.
— И когда я должен лететь?
— Как только соберёшься. Но не затягивай. Думаю, к завтрашнему вечеру успеешь подготовиться?