— Это ужасно! — всплеснула руками врач.
— Да, и мы надеемся, что такого не произойдёт.
— Может быть, они вовсе не захотят воевать, — попытался успокоить капитана Дип.
— Может быть, может быть, — тот действительно немного сбавил нервную дрожь, но сомнение в его голосе читалось даже сквозь монотонный ретранслятор переводчика.
Ближе к концу недели общение между Седьмым и двумя землянами приобрело вполне непринуждённый характер. Дип, наконец, уверился, что капитан не собирается избавиться от гостей каким-то особо изощренным способом, а Ксана и так с самого начала была настроена позитивно. Или, по крайней мере, делала вид.
Экраны-окна продолжали имитировать распорядок земных суток. Жизнь на корабле почти вошла в привычное русло. Основным развлечением молодых людей оставались просмотры фильмов, попытки приготовить какие-нибудь необычные деликатесы из поистине безграничных запасов с «кухни» и ежедневные разговоры с инопланетянином.
— Мы выходим из режима броска, — сказал однажды Седьмой.
— То есть, возможно, уже сегодня мы увидим того, кого преследуем? — обрадовалась Ксана.
— Уместное предположение.
— А он тоже сразу увидит нас?
— Я включил режим маскировки. Есть слабая вероятность, что он заподозрит появление нашего корабля в том случае, если все ресурсы команды направлены на мониторинг ближайшего сектора космоса на предмет преследования. Но я склонен надеяться, что преступник не ожидает подобного решения. Сомневаюсь даже, известно ли ему, что я обнаружил его присутствие на орбите Земли.
— Это отличная новость! — заметил Дип.
— Я хотел спросить, захотите ли вы присутствовать в командном блоке в момент выхода из броска, — внезапно огорошил гостей инопланетянин.
Те переглянулись. Соблазн был очень велик. Фантастические фильмы рисовали гиперпрыжки очень красивыми, а «бросок» наверняка представлял собой нечто похожее.
— А это не обеспокоит вашу команду? — поинтересовался дипломат.
— Почему они должны как-то реагировать? — удивился Седьмой.
— Ну, как же. Присутствие посторонних на борту. Да ещё — представителей чужой расы и прямо в командном центре…
— Не понимаю проблемы, — честно признался чужак. — Я сразу поставил их в известность, что вы — мои гости. Удивления ваше появление ни у кого не вызовет.
— А недовольства?
— Как они могут проявлять недовольство? Это ведь моё решение, как хозяина корабля.
Тут уже удивленно замолчали люди.
— А разве среди жителей Оэйе не бывает так, что кто-то недоволен решениями начальства? — осторожно спросила Ксана.
Инопланетянин в своей привычной манере задёргал головой. Он действительно не мог вникнуть в суть проблемы.
— Как можно оспаривать решения руководства? — спросил он. — На Земле так делают?
— Да постоянно, — пробормотал Дип.
— Зачем?
— Ну, каждый уверен, что лучше знает, как правильно. Это, наверное, вопрос индивидуального мышления.
— Но ведь это порождает хаос!
— А разве никто из тех, кто у вас занимает руководящие должности, никогда не делает ошибок? — допытывалась врач. — Ведь вы сами недавно сомневались, верное ли решение приняли, отправившись в погоню.
— Я понял вопрос. Сейчас постараюсь пояснить. Ошибка — это специфический земной термин. Безусловно, есть поступки и их последствия. Я, как руководитель, делаю выбор и несу ответственность за эти последствия. Но так как выбор уже был сделан в определенной ситуации, с учётом всех возможных факторов, остаётся только принять результат. Нельзя знать, привело бы иное решение к лучшему исходу или потянуло бы за собой цепь худших событий, потому что выбор уже свершился.
— И среди представителей, так сказать, низшего звена, никогда нет тех, кто считает, что сделал бы лучший выбор?
— Они заняты своей работой, — сказал Седьмой. — Руководящие должности ведь не даются просто так. Производится строгий отбор. Помимо прочего, обычно во избежание неоптимальных последствий мы стараемся принимать важные решения, которые затронут многих, коллегиально. Но в данном случае это было невозможно. Я посоветовался лишь с вами, и считаю это допустимым.
— Интере-есно, — протянул Дип.
— Ну, если это не вызовет проблем, то мы бы с удовольствием присутствовали при выходе из броска, — Ксана, кажется, была готова захлопать в ладоши от восторга. — А мы что-то увидим?