Никаких физиологических различий между особями мужского и женского пола земляне не заметили, да и недосуг было разглядывать.
Дети завороженно уставились на непривычных существ. Один даже чирикнул тонким голоском нечто вопросительное, но Седьмой парой фраз пресёк расспросы и жестом приказал следовать за ним. Малыши послушно затопали по коридору, изредка оглядываясь на людей и сбиваясь с шага.
— Какие они, оказывается, гадкие там, под одеждой! — прошипел Аструс, небрежно помахивая дубиной.
— Мы для них выглядим не лучше, — парировала Ксана.
— Тихо вы! — сейчас, когда план наполовину удался, Дип балансировал на грани срыва. Казалось, что всё покатится под откос в последний момент: выскочит из-за угла охрана, завоют сирены…
Ну серьёзно: они уводят подопытных с секретного объекта. Не может такое пройти как по маслу!
Беспокойство выматывало. Если в ту сторону люди могли ещё при встрече с персоналом списать своё присутствие на безобидную ознакомительную прогулку, то теперь вопросы возникли бы в любом случае. Да, оэйцы не отличались инициативностью. Да, они старались никогда не лезть не в своё дело. Но сейчас даже распоследней тупой мухе стало бы ясно, что дело нечисто.
Аструс и Дип отделились от общей группы и перебегали по коридору, разведывая повороты. Дипломат следил, как бы не столкнуться ни с кем впереди, а не-землянин контролировал тыл.
На их счастье, встретиться с инопланетянами пришлось лишь дважды. Оба раза повезло, и работники станции не успели повернуть туда, где топала оэйская молодь. Дип ловил их на подходе и сообщал, что руководитель приказал всему персоналу собраться возле его кабинета. Тот располагался в противоположной стороне станции, и чужаки честно разворачивались, пускаясь в обратный путь.
Когда диверсанты оказались у шлюза, ведущего на седьмой корабль, молодой человек вытер пот и просто не поверил своему счастью. Конечно, надо ещё улететь… Но космолёт! Такой родной! Такой спокойный! Практически крепость.
Шлюз открылся очень медленно, будто бы с натугой. В коридоре мельтешило несколько взрослых оэйцев.
— Это наши? — внезапно севшим голосом уточнил дипломат.
— Конечно, — ответил Седьмой. — Странно, что ты их не запомнил. Вы же виделись уже дважды в командном блоке.
— Извини. Впотьмах не признал, — покривил душой землянин. Инопланетяне по-прежнему выглядели для него на одно лицо.
Впрочем, освещение действительно было еще более тусклым, чем обычно. Несколько раз свет даже моргнул, заставляя задуматься о новых неприятностях.
— Что происходит? Отчего суета? — обратился капитан к своим.
Те наперебой что-то зачирикали, размахивая руками с непривычной для этой расы экспрессией. Дети сжались в плотную кучку, тихонько переговариваясь между собой. Аструс, будто бы невзначай, встал между ними и шлюзом. Теперь, когда молодняк осознал, что пункт назначения — отнюдь не лаборатория, от них можно было ожидать чего угодно.
— У нас в корабле пробоины, — выслушав сумбурный доклад подчинённых, довольно спокойно сообщил оэйец. — Другой космолёт стартовал с базы и, пролетая близко от нашего, прошёлся лазерным резаком точно по вашему блоку. И еще в нескольких местах по тому же борту, где технически могут располагаться подобные помещения. Мне жаль. Обстановка вашего жилища, вероятно, сильно пострадала. Прореху заделают в течение полутора земных часов. Приношу извинения за неприемлемое поведение своего соплеменника. И за своё, так как я, видимо, всё-таки не смог солгать ему достаточно убедительно.
— Да нет… — протянул Дип. — Ты похоже как раз очень хорошо убедил его, что мы будем в этом самом отсеке…
— Он же пытался нас всех убить! — воскликнула Ксана, прижимая к груди кочергу.
— Вероятно, — согласился капитан. — Я думаю, что он таким образом пытался позаботиться о безопасности Оэйе… Другой корабль улетел? — обратился он к одному из членов экипажа, продолжавшему перенастраивать что-то в открытой прямо на стене панели, испещренной рядами мелких символов.
Тот в ответ коротко почирикал и деловито вернулся к прерванному занятию.
— Да, второй корабль выстроил сетку и ушёл в бросок, — пояснил Седьмой уже для друзей. — Скорее всего, начальник станции отправился на планету, чтобы доложить Совету о странном поведении прилетевших со мной землян. О том, что мы забрали детей, он ничего не знает. Более того, он уверен, что нас больше нет, и мой корабль никуда не полетит.