— Я, конечно, обещал тебе повышение, но не ожидал, что ты прыгнешь настолько выше головы. Поздравляю. И удачи. Если что, звони. Все наши ресурсы — в твоём распоряжении.
Об угрозе вторжения флота многоруких чужаков, как ни странно, говорили меньше всего. Тут разногласий не возникло. Сообща решено было бросить максимальное количество ресурсов в развитие космического флота. Но если раньше упор делался в основном на исследовательские корабли, то теперь земные правительства намеревались сосредоточиться на боеспособных космолётах.
Кажется, такого единства Земля не достигала ещё никогда. На его фоне меркли и исследования, связанные с маленькими оэйцами, и мелкие экономические конфликты, и территориальные споры, которые до сих пор не удалось изжить до конца.
В недрах неофициального здания МСБ медленно, но верно, разбирали челнок инопланетян. Сотни учёных создавали чертежи военных крейсеров и истребителей. На Орбитальную станцию потянулись грузы с экспериментальным оружием для испытаний в космосе.
Служба безопасности всё-таки связалась с бывшими родственниками Аструса. Под подписку о неразглашении объяснила им ситуацию и восстановила исходный паспортный чип не-совсем-землянина, измененный при его похищении для конспирации. Мужчина вернулся домой и постепенно осваивался в обычной жизни.
Память так и не вернулась, обучение старой профессии пришлось начинать сначала, но дело шло хорошими темпами, и вскоре он уже должен был приступить к практике. Время не поджимало, так как Аструс, помимо поддержки от родного государства, и правда получил от оэйцев «компенсацию за инцидент», но он и сам стремился поскорее чем-то себя занять.
А вот Дип чувствовал себя странно. Сейчас, на первых порах обустройства оэйских детей, его участие в процессе почти не требовалось. Несколько перелётов в середину страны и обратно — не в счёт.
Иногда он болтал по телефону с Ксаной или Аструсом, и выходило, что у друзей всё хорошо. Молодой человек искренне старался радоваться за них, но ощущение собственной неприкаянности мешало сконцентрироваться на положительных моментах.
Прошел месяц. Вестей с Оэйе не было. Красный диван стоял теперь по центру комнаты и навевал грустные мысли. Вспоминался Седьмой, пожертвовавший собой во искупление ошибок Совета. Лезли в голову рассуждения о том, можно ли было в тех или иных ситуациях поступить иначе.
Раскрытие координат Земли чужакам Дип полностью списывал на свой счёт, отчего принимать почести и пользоваться «благодарственными» деньгами было неудобно и совестно. Ведь если бы не их нахальное вторжение на базу, если бы не криво пошедшие переговоры с Бежевым, тот не стартовал бы столь неудачно на своем корабле и не попал в расположение многоруких.
Этот вопрос дипломат уже выяснил наверняка, ещё в первое своё посещение оэйского поселения на Земле. Старшие инопланетяне жили в большом, обставленном с учетом их вкуса (Дип гадал, не промахнулись ли люди с оттенками серого или у чужаков от нового жилища складывается такое же впечатление, как у него самого — от каюты, «украшенной» Седьмым) жилище, куда нагнеталась особая атмосфера.
Бежевый честно сообщил ему в приватном разговоре, что бросок сбился из-за какого-то внешнего непредсказуемого фактора. И даже сухо извинился за то, что пытался убить землян вместе со своим соотечественником. Сказал, что действовал на благо Оэйе, и решение далось тогда нелегко.
В общем, искренне и прямо — в их стандартной манере. Дип тогда ушел со смешанным чувством, и о неприятном разговоре никому так и не рассказал. Чего уж теперь…
Тем не менее, свершившийся факт не давал ему покоя.
Однажды вечером, точно зная, что у Ксаны выходной день, он напросился к той в гости. Погода была хороша, солнце медленно клонилось к горизонту, но его лучи уже стали нежно-золотистыми, сказочно подсвечивая листву и вершины зданий.
Дип выбрался из такси заранее, подумав о том, что идти к подруге с пустыми руками как-то неправильно. Выбрал в магазине самые дорогие конфеты. Потом поразмыслил и добавил к ним букет алых роз. При выходе из торгового комплекса его взгляд упал на ювелирный отдел.
«А почему нет?» — подумал молодой человек и зашел.
Когда он покидал посверкивающий украшениями магазин, в его кармане покоилась маленькая, под цвет купленных роз, коробочка с кольцом.
Ксана, в длинном халате и пушистых тапках, встретила его на пороге. Мокрые после душа волосы рассыпались по плечам.
— Ой, — удивилась она. — конфеты-то понятно, спасибо. А цветы — с чего вдруг? Какой-то праздник?