Мимо прошел проводник с бейджем, на котором было написано имя Артем.
– Извините, пожалуйста, вы не знаете, девушка из этого купе, она вернулась на прошлой остановке? – взволнованно спросил Даниил.
– Не знаю, ее вообще застать бывает трудно. Сегодня после Вологды еще не видел. В купе ее нет?
– Нет.
– А ее вещи? – проводник заглянул в темноту. – Простите, я не могу туда заходить, но так сразу и не скажешь, что там кто-то есть. Слишком чисто. Ну, либо она у кого-то, либо действительно сошла, – произнес проводник, почесав в затылке. – Оставьте свой номер телефона, если она не появится до следующей станции, я сообщу.
Даниил быстро записал номер на листке бумаги и передал Артему. Тот скрылся в конце вагона.
Даниил включил телефон и попытался позвонить Алисе, но связи не было. На конце линии звучал голос автоответчика: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».
«Абонент больше не хочет тебя, идиота, видеть», – подумал Даниил и поплелся в сторону вагона-ресторана в надежде немного успокоиться.
В голове сложилась картинка продолжения их с Алисой истории. И Даниил хотел бы, чтобы все так и произошло.
Лисса хотела отправиться в родной край эльфов, в земли, где Дирион вырос, однако ее спутник не хотел вести ее туда. Он не хотел представлять ее своим собратьям, боялся, что они не поймут, боялся, что будут его презирать. Ведь это невозможно: эльф и человек. Нечистая кровь уничтожит и так вымирающую расу.
Это сильно обидело принцессу, и она вернулась к отцу. Тот принял ее, с условием, что она станет женой Темного Короля. Это было ценой возвращения уважения. Лисса согласилась.
Час назад Алиса вышла из своего купе. Она направлялась к соседям, надеясь хоть какое-то время провести с людьми. Сейчас ей особенно тяжело было оставаться наедине со своими мыслями.
«Он такой же, как все, – думала она, медленно шагая по коридору. – Он получил то, что хотел, и сделал вид, будто тебя не знает. Ты не занимаешь в его жизни никакого места, а значит, не достойна быть представлена его родственникам, даже сестре».
Слез не было. Не было даже никаких чувств – в душе Алисы стало пусто. Она все отдала ему и тому лесу. Все, что смогла, выплакала. Теперь ей оставалось закончить эту поездку на следующей станции и отправиться домой. Больше делать ей здесь нечего. Лисс уже признала, что поехала сюда только ради этого парня. Теперь оставалось только признать, что она ему не нужна. Лисс отправится домой, в место, где ее тоже не ждут.
«Я сильная, я справлюсь сама», – подумала она, представляя, как соберет вещи, уедет в общежитие и пораньше выйдет из отпуска, чтобы забить голову работой.
– Все будет хорошо, – проговорила она и постучалась в дверь купе.
– Да, Алиса, входи! – послышался приглушенный голос соседки.
Купе Марии было такое же, как и у Алисы, но только менее аккуратное. Мария что-то вязала, ее дочь играла на кресле с куклами. На телевизоре на паузе стоял какой-то фильм. Это отсюда в самом начале путешествия доносились звуки из «Один дома».
– Садись, мы взяли тебе чаю, – произнесла женщина, приглашая присесть рядом.
Алиса улыбнулась, зашла внутрь и закрыла за собой дверь.
Даниил сел в самом дальнем углу ресторанчика. Официант – диснеевская мышь – принес кофе. Даниил принялся делать наброски. Он создавал образы быстро, пока поток его мыслей шел непрерывно, не запинаясь. Сейчас юноше хотелось заполнить свои мысли чем-то хорошим, чтобы не думать о том, что Алиса могла сойти с поезда.
«Алиса, я так виноват», – бесконечно повторял Даниил и тут же пытался вернуться в сюжет.
В тот момент, когда Лисса и ее отец выехали из замка в большом экипаже, чтобы отправиться в Темные Ущелья, путь им преградил Дирион. Он искренне просил прощения у принцессы. Он боялся, ведь его могли убить, однако отец Лиссы смягчился и позволил эльфу говорить.
Дирион назвался эльфийским принцем и предложил руку и сердце человеческой принцессе. Он понял, что без нее его жизнь не будет такой яркой и интересной. Поэтому ценой уважения своего народа он просил Лиссу стать его женой и предлагал королю союз.
Дирион обещал объединиться против сил тьмы, ведь вместе люди и эльфы способны на все.
В этот момент Даниил остановился. Вокруг него уже никого не было. Он сидел один у единственной включенной лампы.
«Вся эта история – это мы сами и наши переживания».
– Я боялся, что не понимаю своих чувств и причиню Лисс боль. Я боялся рассказать своим родственникам о ней из-за того, что они могли надумать себе, из-за осуждения, которого точно с их стороны не последовало бы, – шептал Даниил над своими набросками. – Какой же я глупец.