Даниил оторвал листок и отдал Наташе. Увидев Деда Мороза в таком представлении, девочка хихикнула.
– Зачем ему топор? – спросила она.
– Елочку рубить, – ответил Даниил. – Ну что, пойдем во двор?
– Пойдем.
Домик был сделан из пахнувшего смолой бруса. Все в нем напоминало о том, что они в гостях у Деда Мороза: уютные коврики, новогодние пледы на каждом кресле и диване, почтовый ящик для детских писем, который висел в прихожей рядом с дверью, рождественские открытки, сладости, оставленные службой доставки в холодильнике.
Они вышли через заднюю дверь. Дворик представлял собой небольшой деревянный настил, на котором располагались лавочки и релинги с вешалками. В углу стоял большой чан с темной водой, в которой плавали шишки. От него пахло чаем.
– Как думаешь, это и вправду чай? – спросила Наташа.
– Не думаю, – ответил Даниил и тут же оживился. – Ну что, запрыгнем туда, пока родители разбираются с вещами наверху?
– Давай! – воскликнула Наташа.
Они быстро разделись, оставшись только в майках и трусах, прямо как в детстве.
– Ой холодно, холодно! – кричала Наташа.
– Скорее залезай в воду!
Они побросали вещи на скамейку и с разбегу прыгнули в чан, который от их веса пошатнулся. Вода была очень теплой, даже горячей. От вихрей пара им было совсем не холодно. Наташа и Даниил сидели по шею в темной воде и толкали друг другу шишки.
– Ну правда, что это за девушка такая? Из кафе? – спросила Наташа, улыбаясь.
– Да, – Даниил подтолкнул шишку к ней поближе.
Сейчас у него возникло ощущение, будто они с сестрой две подружки-сплетницы. Остается только начать обмывать косточки всем знакомым. Это было новое и интересное переживание. Чем старше становилась Наташа, тем более серьезные темы с ней можно было обсуждать. Девочка была очень проницательной и чуткой. Правда, иногда эти качества не сочетались с тем, какой непоседой она была.
Сверху им на головы свалился комок снега, который все это время подтаивал, лежа на ветке.
– Ай, ай, как ужасно холодно! – воскликнула Наташа. – Как такое бывает? Вот не было у тебя никого, не было, а тут вдруг р-раз! – она плюхнула рукой, и шишки расплылись в разные стороны.
– Она всегда была, Наташ, – ответил ей Даниил. – Просто я боялся вытащить наше общение за пределы экрана телефона.
Даниил поднял голову. Мама с папой стояли у окна и смеялись, наблюдая за ними. Наверняка подшучивают над ними в своей родительской манере. Еще некоторое время они о чем-то говорили, а затем мама махнула Даниилу рукой, мол, «вылезайте, уже хватит».
Алиса стояла у зеркала с феном и битый час не могла уложить непослушные волосы. Чистыми они становились похожи на большое гнездо. Сердце тревожно стучало. Энергии хоть отбавляй, сейчас бы выпустить ее куда-нибудь, пробежаться по снегу, окунуть голову в ледяную воду. Алиса сделала бы это, если бы не опаздывала на полчаса.
– И что ты будешь делать?! – Алиса опустила руки с расческой и нагретой плойкой.
Пальцы дрожали, ей было страшно. На кровати лежало мятое платье в стиле ампир из малиновой струящейся ткани.
– Еще и платье гладить! – Алиса заволновалась сильнее.
«Что мне им сказать, когда мы встретимся? Я такая нелепая, выдам какую-нибудь глупость».
Алиса вспомнила рассказы соседки по комнате в общежитии о том, как она познакомилась с родителями своего парня. Это было на посвящении в первокурсники. Они неловко поздоровались до мероприятия, а потом девушка выступила в одном из номеров, сыграв соло на ударных. Родители парня были в шоке и в восторге одновременно. И внешне она была очень интересной – носила изящное платье с корсетом вместе с берцами и рокерской косухой.
«Вот, это я понимаю, произвела впечатление, – подумала Алиса, улыбнувшись. – А хочу ли я вообще производить впечатление?»
«Она просто была собой, – внезапно промелькнула мысль. – И ты будь».
Алиса отложила плойку и дала волосам волю, выпустив их из оков заколок-прищепок. Затем она смыла слой тонального крема, которым так старательно пыталась закрыть свои веснушки.
«Вот так. Моя кожа вся в поцелуях солнца. Пускай они знают об этом».
Алиса влезла в чемодан и достала оттуда другое платье с длинным подолом из плотной ткани. Верх был в черно-красную клеточку и застегивался на блестящие черные пуговки.
«Будь собой», – сказала себе Алиса и, закончив со шнуровкой, накинула на плечи пальто.
Девушка вышла из дома, когда все уже были на балу. Она опаздывала, волновалась, из-за чего несколько раз чуть не упала в темноте, поскользнувшись на ледяной корке. По телу расходилась дрожь предвкушения.