Поскольку группа находилась под влиянием идеи ценности работы с натуры, в 1909 году Кирхнер с коллегами провел летние месяцы на близлежащих озерах Морицбурга близ Дрездена, а позже посещал остров Фемарн в Балтийском море. С тем же творческим энтузиазмом, что и в студии, он делал наброски обнаженных купальщиков. В Дрездене, а затем и в Берлине он изучал произведения неевропейского искусства в Этнологическом музее и воплощал свои впечатления, в том числе, в скульптурах и мебели.
Эрнст Людвиг Кирхнер. Программа группы «Мост». 1906
Кирхнер впервые приехал в Берлин в 1909 году, однако окончательно обосновался в Берлине-Вильмерсдорфе лишь пару лет спустя. В Берлине Кирхнер погрузился в яркую жизнь большого города. Его уличные сценки с кокотками, принесли ему всемирную известность, к которой он стремился. После выставки «Моста» в галерее Фрица Гурлитта последовали первые персональные выставки Кирхнера. Благодаря успеху его «Берлинских уличных сцен» он был приглашен участвовать в «Armory Show» в Нью-Йорке в 1913 году.
Как и для большинства художников его поколения, Первая мировая война стала для Кирхнера поворотным моментом. В 1915 году он добровольно пошел на военную службу, но вскоре у него случился нервный срыв. Художник, находившийся в зависимости от лекарств, провел следующий год в санаториях без всякой надежды на выздоровление.
В 1917 году Кирхнер посетил Давос и решил туда переехать. В окружении швейцарских Альп художник хотел вновь обрести себя, он писал пейзажи и сцены из жизни фермеров.
ШЕДЕВР 6
Эрнст Людвиг Кирхнер. Цирк. 1913. Холст, масло, 99–119 см. Пинакотека современного искусства, Мюнхен
После прихода нацистов к власти в 1933 году работы Кирхнера были объявлены дегенеративными и изъяты из государственных коллекций Германии. Это только усугубило его психологические проблемы. Из-за все более мрачных политических перспектив Кирхнер чувствовал большую неопределенность своего положения, он боялся вторжения немецких войск в Швейцарию. В 1938 году, находясь в состоянии нервного расстройства, он покончил жизнь самоубийством.
Кажется, что никому, кроме клоуна, не интересно представление, а те, кто пришел за зрелищем, его игнорируют. Манеж тесен для огромной белой лошади, и следующим прыжком она выскочит из полотна, неся в неизвестность словно распятую на ней беспомощную, обнаженную, не ведающую опасности акробатку. Картина была создана за год до начала войны и воспринимается воплощением интуиции мастера.
«Главная цель моих усилий – выразить ощущение пейзажа и людей с максимально возможной простотой. Искусство древних египтян было и остается для меня примером, даже в чистом мастерстве».
Работа «Цирк» иллюстрирует одну из важных для художников «Моста» тем: водевиль и цирк. В основу полотна легла переосмысленная композиция Жоржа Сёра «Цирк» 1891 года (Музей Орсе, Париж). Декоративность дивизионизма, веселая жанровая сценка Сёра у Кирхнера сменяется мрачным и тревожным настроением. Палитра ограничена черным, серо-зеленым и красным, в композиции противопоставлены две перспективы, энергичная, дробная работа кисти довершает впечатление. В то время как аплодирующий клоун, дама с лорнеткой и трое мужчин в красных ливреях у входа на арену видны почти фронтально, цирковой круг и зрители, одетые в черное, представлены в ракурсе «сверху», что создает впечатление, что они не следят за действием, а неотрывно смотрят вниз, видя что-то, нам недоступное.
Картина «Потсдамская площадь» – одна из лучших работ известной серии мастера «Берлинские уличные сцены». Одиннадцать больших полотен повествуют о темпе жизни мегаполиса, хаосе его перекрестков и переполненных тротуаров, отчаянии и незащищенности его жителей. В центре виден главный вход в Потсдамский вокзал, а справа – пивная. На переднем плане всего этого хаоса, на дорожном островке художник поместил изящно одетых уличных кокоток. Перед нами ночной город, так как именно ночь была временем, когда улицы заполнялись проститутками. Дамы полусвета выглядят манекенами на круглом магазинном подиуме и становятся символом города, где все продается и покупается. Острая треугольная форма тротуара справа, как клинок или клюв гигантской птицы, направлена на зрителя и излучает угрозу. Вместе с тем проститутки уподоблены регулировщикам уличного движения, в то время как одинаковые мужчины в черных костюмах таятся на периферии. Нежные тела дрезденских моделей теперь уступили место вытянутым пропорциям и ломанным линиям. Кирхнер дал этому очень личное объяснение: в 1911 году он расстался с Додо, своей спутницей дрезденских лет, и встретил Эрну Шиллинг. Эрна и ее сестра Герда, обе уроженки Берлина, с их «прекрасными, архитектурно сконструированными, строго очерченными телами» стали новым идеалом художника.