По мере развития экспрессионизма с начала XX века до начала 1920-х годов его основные темы и жанры отражали общечеловеческие проблемы и двойственное отношение к современности: это темы «адища города» Владимира Маяковского, города со сценами одиночества, с цирками и ночными кафе; это изображение природы как бегства от городского хаоса и толп навстречу свободе души и тела; жанр портрета, передававший суть личности и ее эмоциональный опыт, и, конечно, тема Первой мировой войны как попытка противостоять ее разрушительному опыту и кошмару фронтовых будней.
Эль Греко. Снятие пятой печати или Видение святого Иоанна. Между 1608 и 1614. Холст, масло, 224,8–199,4 см. Метрополитен-музей, Нью-Йорк
При кажущейся ясности этих положений экспрессионизм шире, чем его формальные временные границы – первая треть XX века. Как отдельный стиль он объединяет немецких художников, а также австрийских, французских и русских мастеров, активно работавших в годы, предшествовавшие Первой мировой войне, и продолжавших свои поиски на протяжении большей части межвоенного периода. Первоначально термин применялся очень широко, практически ко всем европейским модернистам и их новым имиджевым концепциям начала XX столетия. Экспрессионизм продолжил свое развитие после 1945 года в Америке как абстрактный экспрессионизм, но в этом издании мы поговорим о фигуративном экспрессионизме периода его активного формирования и расцвета.
Анри Матисс. Женщина в шляпе. 1905. Холст, масло, 80,65–59,69 см. Музей современного искусства, Сан-Франциско
Самые ранние известные свидетельства использования этого термина в германоязычной среде можно найти в предисловии к каталогу 22-й выставки Берлинского сецессиона от апреля 1911 года, однако термин был употреблен в отношении молодых французских художников.
В 1910-е годы на волне бурного развития культуры в Германии появилось огромное количество журналов. Из этого многообразия выделяются «Штурм» («Der Sturm», 1910–1932) и «Акция» («Die Aktion», 1911–1932). Их охват и значимость намного превосходят другие, часто недолговечные, эксперименты с публикациями. Они внесли значительный вклад в распространение экспрессионизма как художественного течения, а «Штурм», в частности, продолжает активно изучаться и цитироваться и по сей день, формируя представление об экспрессионизме в глазах науки и общественности. Именно издатель «Еженедельника культуры и искусства „Штурм“», галерист и художественный критик Герварт Вальден в 1911 году впервые употребил термин «экспрессионизм» в отношении немецких художников.
Он писал о том, что это искусство придает форму опыту, лежащему глубоко внутри, а художникам этого направления не важны нюансы стилей, пока ими отвергается любая имитация природы. Грандиозная Международная художественная выставка Социального союза любителей искусства и художников Западной Германии в Кёльне 1912 года, показавшая более 600 произведений, ставила своей основной целью обзор широкого экспрессионистского движения. На ней экспонировались работы Поля Сезанна, Поля Гогена, Винсента Ван Гога, Эдварда Мунка, Фердинанда Ходлера, а также современников – представителей «Моста» и «Синего всадника». Согласно предисловию к каталогу Рихарта Райхе, выставленные художники стремились после «атмосферного натурализма и импрессионизма» к упрощению и интенсификации форм выражения, к новому ритму и цвету.
Историк искусства Вильгельм Воррингер в 1911 году в журнале «Штурм» заявил об этом как о «современной исторической необходимости» и признал в экспрессионистских художественных выражениях поворот от внешнего уподобления реальности к внутренней правдивости.
Первая монография об экспрессионизме появилась еще в 1914 году, что стало знаком утверждения термина в художественно-научной дискуссии. Автор книги Пауль Фехтер определил экспрессионизм как новый национальный стиль и даже описывал его как новую готику. Также он писал, что древняя метафизическая потребность немцев проявляется именно в творчестве художников-экспрессионистов. Обложка монографии, созданная Максом Пехштейном, подготавливает читателя к возвышенному тону, в котором Фехтер воспевает внутреннюю сущность экспрессионистов. На ней изображен бородатый святой с широко открытыми глазами и широко распахнутым перекошенным ртом – провидец и искатель. В том же году, в своего рода заочной дискуссии с ним, Рихарт Райхе, отвечавший за показ «новой живописи» в галерее Эрнста Арнольда в Дрездене, в своем введении к каталогу подчеркнул, что вводить национальные разделения в совокупность европейского экспрессионизма абсурдно. Экспрессионист, пояснял он далее, хочет формировать вещи такими, какими их видит его душа; он хочет освободить свой внутренний мир через их создание.