ШЕДЕВР 19
Алексей Явленский. Одиночество. 1912. Картон, масло, 33,7–45,5 см. Музей Оствалль, Дортмунд, Коллекция
Художник показывает нам захватывающую дух атмосферу разразившейся грозы, а телеграфный столб выглядит пережитком цивилизации, приобретающим магические свойства.
Пейзаж «Одиночество» считается самым значительным из всех, написанных в Оберстдорфе. Лето 1912 года Явленский и Верёвкина провели в Оберстдорфе, небольшом курортном городке у подножья Альп. В этой картине Явленский достигает максимальной оторванности от натуры моделей и приближается к свободной живописи, основанной на цвете и форме. В картине нет действия или сюжета и царит абсолютная тишина, даже беззвучие, но это безмолвие полно динамики. Явленский после поездки в Париж и знакомства с работами Кеса ван Донгена начинает освобождать в своих полотнах чистое могущество цвета. Центральным героем становится мистически-стилизованный пейзаж, созданный параллельно с его высококлассными «головами»; здесь видение пейзажа отчасти приобретает характер портрета. Изломанный силуэт дальней горы похож одновременно на красного демона с желтыми глазами и на профиль лежащего остроносого бородача.
В своих картинах Явленский не только стремится к синтезу впечатлений от внешнего мира с переживанием мира внутреннего, то есть он пытается соединить натурную модель со стремлением к гармонии цветов. «Яблоки, деревья, человеческие лица для меня – лишь подсказки, позволяющие увидеть в них что-то еще, жизнь цвета, запечатленную страстным человеком», – так он описывал свою цель в искусстве.
Глава 5
Группа художников «Синий всадник»
Василий Кандинский. Синий Всадник. 1903. Холст, масло, 55–60 см. Частное собрание
«Синий всадник» – первоначально так называлась выставка в галерее Таннхаузера в Мюнхене в 1911 году, ставшая полемическим ответом ежегодной выставке «НМХО», которая проходила в то же время и в той же галерее. Распад группы стал началом нового предприятия, намного опередившего свое время. Строго говоря, это было не общество художников, а, скорее, круг личностей, объединившихся исключительно на основе программного документа, а именно альманаха «Синий всадник», изданного в 1912 году. «Синий всадник» был сформирован Василием Кандинским и Францем Марком. «Диктаторы», как Кандинский называл себя и своего друга, взяли на себя обязательство документировать скрытую связь текущего художественного процесса во всех областях на страницах периодического издания, «альманаха». Их целью было показать новейшее развитие живописи во Франции, Германии и России и продемонстрировать его тонкие связи с готикой и примитивами, с Африкой и Востоком, с выразительным и самобытным народным искусством и детским рисунком, особенно с современным музыкальным движением в Европе и новыми сценическими идеями времени. Это было успешно реализовано в форме 141 репродукции и 19 эссе. При этом они приветствовали художественный процесс во многих его видах, обратившись не только к визуальным художникам, но и к художественным критикам и композиторам. Помимо Марка и Макке, среди авторов были Альфред Кубин, русские братья Бурлюки и венский композитор и художник Арнольд Шёнберг. Альманах имел успех. Франц Марк был в восторге: «Впечатление от книги просто потрясающее. Я был так счастлив, что наконец увидел его законченным. Мы находимся на пороге одной из величайших эпох, которые когда-либо переживало человечество, эпохи Великого Духовного…» Объединение выступило с двумя выставками в Мюнхене на рубеже 1911–1912 годов.
«…мы оба любили синий, Марк – лошадей, я – всадников. Так что название возникло само собой. Тем не менее, это интеллектуальный проект, который в конечном итоге направлен на то, чтобы заложить теоретическую основу для новой эстетики».
Василий Кандинский. Обложка альманаха «Синий Всадник». 1912. Гравюра на дереве. 28,0–21,2 см. Городская галерея в доме Ленбаха, Мюнхен
Думая над названием, Кандинский первоначально рассматривал для него схожее по значению понятие «Цепь»: «цепь к прошлому и луч в будущее». По словам Кандинского, название было придумано за журнальным столиком в доме Франца Марка в Зиндельсдорфе.