— Смииииилуйсяаааа! — завыл он и тут же подавился.
Выжрын покачал головой, после чего выколупал у него левый глаз. Серьезный сомлел во второй раз. Выжрын показал Смиту глазное яблоко, лежащее на черно-красной перчатке, и тут же выбросил его вслед за генеральскими ушами. Подошел непрошеный Смертушка, в его руке был заранее приготовленный шприц. Он отвернул рукав генеральского мундира и вонзил иглу в предплечье, медленно нажимая на поршень. Ксаврас все это время стоял неподвижно, заложив руки за спину, и глядел куда-то в темноту; Смит захватил его лицо в мерцающем свете керосиновых ламп, словно дрожащее в столбе раскаленного воздуха лицо пустынного джинна, который все никак не решается — какую форму выбрать для перевоплощения. Когда Серьезный пришел в себя, он уже не контролировал функциями собственного тела: весь трясся и бился на своем стуле, беспомощно болтая изуродованной головой; единственная еще не окровавленная точка — белок оставшегося глаза — поблескивала на этой страшной маске словно мерцание далекой звезды: смотрите, здесь еще имеется жизнь. Ксаврас зашел его справа. Серьезный уже ничего не говорил; дышал он с трудом, темные жидкости стекали ему на мундир, а оттуда уже на ноги, на плиту, на пол. Выжрын одной рукой схватил болтающуюся голову, а пальцами второй вырвал правый глаз. Серьезный дернулся, сплюнул кровью, но не проронил ни звука. Ксаврас отбросил глаз себе за спину, через плечо, словно возлагал жертву злым духам этого места. Потом он ненадолго задумался и зашел Серьезного слева. В этот момент И Вышел Иной Конь Цвета Огня поднял руку.
— Рекламная пауза, — объявил он.
— Перерыв? — переспросил Выжрын.
И Вышел Иной Конь Цвета Огня отрицательно покачал головой.
— Конец.
Ксаврас стянул перчатки. Бросив их генералу на колени, он сунул руку под свитер, вытащил пистолет и выстрелил Серьезному в висок. Мозги мягко плеснули на мокрый пол. Генерал повис на веревках. Ксаврас передернул затвор, поставил на предохранитель и спрятал пистолет.
— Можешь завязывать, — бросил он Смиту.
OFF.
Смит сорвал шлем с головы и отпрянул назад, лишь бы подальше от ужаса на металлическом стуле. После чего тяжело плюхнулся на ступеньку рядом со Смертушкой.
— Что же ты натворил...? — шепнул он в сторону Ксавраса. Тот шепот более всего соответствовал окружению.
Море Исторгло Умерших, который уже успел выключить и отставить фонари, взялся отвязывать труп. Выжрын обошел его и приблизился к американцу. Айен невольно вытянулся и отвел голову, когда на нее упала одна из теней Ксавраса. Полковник заметил это и остановился в двух шагах от оператора.
— Вообще-то следовало начать с подключения тока к яйцам и с кастрации, но тогда передачу вырубили еще до того, как я бы успел стянуть с него подштанники, ведь это было бы насилие над несовершеннолетними зрителями, и у станции отобрали бы лицензию. — Он поскреб себя в подбородок. — Да ладно, не беспокойся, они будут пускать это нон-стопом, смотрибельность гарантированно поднимется процентов до восьмидесяти, если не больше.
— Что ж ты натворил...?
— А ты вроде как побледнел. Эй, Смертушка, открой-ка свой саквояж, дай глотнуть ему чего-нибудь покрепче, а то еще бедняжечка сомлеет, и тогда придется тащить мужика по лестнице за ручки-ножки.
— Не прикасайся ко мне!
— Я же и не касаюсь.
Смит в отчаянии мотал головой. Ну зачем тебе это было? Ну зачем? Чего ты хотел добиться?
— А это уже мое дело.
— Никакая цель не оправдывает средств, вот только существует масса таких средств, которые могут осквернить даже самые благородные цели.
— Слушай, парень, это чего — стишочки такие? Ну-ну, слушаю, валяй дальше...
Смит глянул на Выжрына. Полковник усмехался. Айен отвел глаза.
— Давай-ка, Смертушка, свою флягу.
Тот подал. Смит свернул крышку, сделал хороший глоток. Раздался глухой звук. Айен отклонился в сторону, потому что Ксаврас заслонял ему вид. Это тело генерала Серьезного свалилось на древесно-стружечную плиту.
Смит вернул флягу, поднял шлем, встал на ноги. С Выжрыным они были одного роста и сейчас глядели друг другу прямо в глаза.
— Это война, — сказал Ксаврас.
У Смита, которому спирт ударил в совершенно пустой желудок, слегка шумело в голове. Он протянул руку и ткнул Выжрына пальцем прямо в грудь.