Более того, часть челноков (или чего-то такого) выглядели чуть ли не как линкоры системной обороны, но при этом, кроме кучи энергии от реактора — ничего из себя не представлявшие. Тоже показуха, хотя в отличие от станций — самоходная.
— Мозг, а что-то тут, кроме этой… бутафории, есть? — отсмеявшись, уточнил я.
— Сканирую и моделирую, капитан Керг, — ответил компьютер.
И через полминуты на схематической голограмме системы стали подсвечиваться красным объекты. Уже не бутафорские, а вполне функциональные и даже боевые. Местами.
На фоне засилья муляжей они смотрелись бледно, но были: два кольца вполне боевых спутников над планетой (очевидно, в этом случае в борьбе жадности и инстинкта самосохранения победил инстинкт). Десяток (хотя Мозг допускал, что, может, и больше, в пределах двух-трёх десятков) внутрисистемных канонерок с более или менее сносным вооружением. И десяток же станций, явно жилых, но имеющих как собственное вооружение, так и собственные защитные спутники. Станции бултыхались в астероидных полях вокруг двух газовых гигантов системы и, скорее всего, были этими «собственными станциями глав монополий», по аналогии с нашей целью.
Но, при всём при этом, единственное, что реально представляло опасность Энериде в системе Теребо — это орбитальная группировка над обитаемой планетой.
— Предположительно, капитан, могут быть защитные системы в неактивном режиме, — уточнил Мозг.
— Как на Сигме?
— Именно так.
— Мне кажется — маловероятно. Может, и есть, но немного — местные в бутафорию вложили столько, что, наверное, хватило бы ещё на десяток боеспособных канонерок.
— Порядок примерно таков, — согласился Мозг.
— И на этом фоне делать функциональное, но не показушное оружие — совсем бредово. Даже для местных, — подытожил я.
Несмотря на это, Энерида потратила шесть часов на высокой звёздной, не приближаясь к планетам и не выдавая своего присутствия. Мозг искал, смотрел, компилировал. В результате опасностей для корабля, кроме орбитальных баз Терео-Три, не было. Теоретически, если все боевые канонерки соберутся вместе, могло быть кисло, но от них мы спокойно сможем убежать.
А ещё перед тем, как сообщать Ксенофонту, что мы на месте, мы подумали, и я решил: всем на станцию лететь не только не нужно, но и вредно. Окружить трансорбитальник и присмотреть за вороватыми техниками — хватит пяти бойцов. Андрюха, как мой уже официальный старпом, останется на Энериде, но и тащить лишний народ на станцию — неоправданный риск. Хотя в связи с этим, ну точнее, с моим участием в высадке, возникли вопросы.
— Николай, ты — капитан, твоё место на корабле, — нудел пилюлькин.
— Андрюх, я в первую очередь — экстерминатор и глава отряда. Моё участие в сопровождении оправдано тем, что надо принимать решения на месте. То, что мы будем только шугать вороватых техников — совершенно не гарантировано!
— Капитан Керг, — вдруг загудел Мозг. — Корабль в определённых вами условиях нуждается в расширенном экипаже. Без этого — эффективность и корабля и вашего боевого отряда значительно снижается.
— Спасибо за твоё важное мнение, — с ехидством ответил я.
— По моему — железяка прав, — отметила Колючка.
— Сам понимаю, что прав, Ир. Но… где брать людей, которым можно доверять? И чем их привлечь — пока у нас деньги уходят только на корабль и на себя.
— А нам жалованье положено? — вдруг забасил Самсон, после чего аж покраснел и потупил глазки.
И отряд, кроме Андрюхи, с которым я вопрос обсуждал, уставился на меня с вопросом.
— Нет, — с видом злобного мастера-наставника сообщил я, хмыкнул и продолжил. — У нас партнёрство, отряд. Корабль — имущество, доставшееся мне, но если по совести — нам. Делится на доли, как и свободная прибыль. Мне — самая большая, но и у вас она есть. Правда, и мне, и вам она идёт теоретически. Эта…
— Чистая прибыль, капитан, — пришёл на помощь Мозг.
— Она самая, — кивнул я. — Ну а ближайшее время этой «чистой» прибыли не предвидится. Мы работаем на корабль, снаряжение, себя. Если есть нужда в деньгах — на кабак, на что-то такое — просто говорите, выделю.
— И бухгалтер не помешает, — отметил Андрюха.
— И много кто ещё. Но вот Ирка согласна быть грузом…
— Не грузом, а карго-мастером! — забавно заподпрыгивала Колючка. — Это по совместительству!
— В общем — экипаж, по уму, расширять нужно. Но пока — ни знаний, ни надёжных знакомых, ни денег нет, — подытожил я дискуссию.
После этой, в общем-то нужной и пришедшейся к слову беседы, я сообщил нашему пассажиру, что Энерида на месте.
— Замечательно, капитан, — кивнул посланец и юркнул в выделенную ему каюту, вернувшись со своим бронированным чемоданом. — Коды опознания и связь, корабль?.. — понятно обвёл от потолок рукой.
— Оттранслирует ваше послание и передаст ответ, — заверил я.
Ксенофонт распахнул бокс, часть которого оказалась вычислителем, и через подключение к терминалу корабля направил коды в систему. А через полчаса пришла шифровка и сообщение прямой связью, с траекторией движения до космической станции в одном из колец газовых гигантов. Мозг с шифром части сообщения справился за четверть часа и уверил, что наш заказчик ничего гадкого не готовит, как и принимающий тип.
Так что полетела Энерида по маршруту к станции. На полпути к ней присоединились, типа конвоировали, пара внутрисистемных обманок. Видимо, хотели напугать и впечатлить, но сам Ксенофонт, похихикивая, рассказал о начинке этих «боевых кораблей».
— Там, прости основатель, ядерные реакторы на плутонии, фонят ужасно, чтоб сымитировать сигнатуру боевых кораблей, — сообщил он.
— Кстати, а раз есть энергия — то почему бы хотя бы ЭМ-разгонник не поставить? Путь с не лучшими ТТХ, но вроде можно, насколько я понимаю, — уточнил я.
— Уровень технологий, капитан, не позволяет. Нужны сверхчистые проводники, компенсаторы полей. С уровнем Горрнланда пороховая артиллерия выйдет эффективнее.
— Но она же совершенно неэффективна в пространстве!
— Именно.
С этим меня Мозг просветил давно: метатели на взрывном расширении нужно делать СЛОЖНЕЕ, чем лазеры или электромагнитные разгонники. Необходима филигранная система отведения газов, компенсирующая отдачу (причём вне зависимости от размера космического корабля — всё равно нужно, потому что либо его откинет, либо нахрен раздолбает крепления). И всё это для того, чтобы цель выстрела на астрономическом расстоянии сказала «ну охренеть», спокойно отлетела с траектории снаряда, ну и проводила его ошарашенным взглядом.
Собственно, некоторые зонды и дроны для пространства запускают из «пушек», точнее их аналогов. Откуда ТТХ артиллерии и выводится, демонстрируя совершенную непригодность как оружия. У Энериды, например, сложносоставные ускорители частиц-генераторы полей и чего-то там ещё, позволяющие превысить световую скорость поражающей области. Не слишком разрушительные (почему вопрос оружия не праздный), но чертовски дальнобойные и даже на фоне лазеров различного типа — более точные, позволяющее вести огонь на огромных расстояниях, не промахиваясь в пространство.
За шесть часов долетели до окрестностей кольца, где начиналась совершенно неприличная акробатика между астероидами. Причём Мозг уверенно заявлял, что этакий извилистый коридор в массиве булыжников — явно искусственный.
— Кроме того, капитан, содержание железа в ряде астероидов близко к ста процентам. Скорее всего — отходы производства, — уточнил компьютер.
В общем — даже напрягает немного, но делать нечего: трансорбитальник в этот коридор загонять не только опаснее, так ещё и по времени несколько часов, тогда как Энерида в полчаса управилась. Долетели по этой условной норе до чистого пространства, где сияла украшениями, гигантскими ажурными стёклами (хотя скорее металлом, по аналогии с используемым на Энериде). Корабль синхронизировал орбиту с этой станцией, и я, Колючка, Клемент, Майкл и Мила направились в трансорбитальник вместе с Ксенофонтом.