Рен поднес спутниковую антенну к наружной стене небоскреба, опустился на колени и установил «тарелку» на гору щебня. Затем он осторожно развернул ее к дальнему зданию.
На панели управления антенны загорелись огоньки, но Рен не сводил глаз с горизонта. Он еще ровнее расположил «тарелку» на камешках, направляя во мрак невидимый луч.
Прошло несколько невыносимо долгих минут. Руки Рена двигались медленно, будто минутная стрелка. Ничего не было слышно, кроме визга резаков в вышине.
— До сих пор не могу поверить, что мы все неправильно поняли, — пробормотал Хиро.
— Спасибо за то, что сказал «мы», Хиро, — улыбнулась Айя. — Но ты был прав — во всем виновата я.
— Тебе просто повезло, что ты можешь все переделать. — Проворчал Хиро.
— Может быть…
— Нет, точно, — вдруг тихо проговорил Рен, глядя на мигающие огоньки на панели. — Я наконец нашел ответ!
— Моггл в порядке?
— Похоже, да. Даже батарейки перезаряжены — наверное, он полежал на солнышке!
Айя не удержалась от довольной улыбки: ее аэрокамера скоро снова будет с ней.
— Давайте трогаться, — сказал Хиро, подплыл к дыре в стене, выскользнул наружу и скрылся из виду.
Фриц последовал за ним: оттолкнулся от краев пробоины руками и полетел вниз.
Прежде чем он успел улететь далеко, Айя повернулась к Рену и сказала:
— Ты остаешься совсем один. Ничего?
— Конечно. Только не заставляйте меня ждать слишком долго. — Рен провел рукой по поверхности спутниковой «тарелки». — Если через двадцать четыре часа никто не вернется, я сообщу об этом всему миру.
Ночной полет
Они опускались вниз сквозь металлический скелет башни, пролетая в темноте через разрушенные этажи, словно нырялыцики, обследующие древний затонувший корабли. Завывание лезвий резаков постепенно стихло. Тьма окутала Айю.
Моггл летел к ней. Наконец она сможет наверстать упущенное. Сколько часов она бродила по джунглям и летала над ними без аэрокамеры! Правда, съемки дикой природы никогда не приносили особой славы — как раз наоборот. Как говорила Мики, цель должна быть очевидна, а большая часть джунглей была спрятана от глаз.
И все же Айе хотелось запомнить их спокойное величие.
— Туда? — спросил Хиро, приземлившись на нижнем этаже и указав на гору стали и бетона.
— Да. Только погоди минутку, — отозвалась Айя — Распиловщик снижается.
Они задержались в темноте, дожидаясь, пока распиловщик сбросит на кучу очередную порцию металлолома. Металл заскрежетал и прогнулся, бетонный щебень рассыпался в пыль.
— Ну все, давайте скорее, — поторопил товарищей Фриц, — пока еще один не прилетел.
Хиро уже мчался вперед. Он нырнул в лабиринт балок и опор, даже не оглянувшись назад. Айя мысленно поклялась себе, что в один прекрасный день обязательно овладеет искусством полетов со скайбольным снаряжением. Конечно, парить в невесомости было проще и приятнее, чем ползать по земле, но все же в том, чтобы пробираться между обломками железа и бетона, радости было мало.
Айе показалось, что путь через гору металлолома занял целую вечность. Башни остались позади. Она медленно продвигалась вперед. Тут и там торчали провода, незаметные в темноте. Они цеплялись за костюм, и только его прочные чешуйки оберегали Айю от бесчисленных царапин, в которые могла попасть столбнячная палочка. К тому же Айе то и дело мерещился очередной распиловщик с новой порцией металлолома в клешнях.
«Нас тут всех раздавит в лепешку!» — с тоской думала Айя.
Но вот наконец стали видны джунгли. Кое-где в металлический лабиринт проникли вездесущие лианы, далекий визг резаков потонул в гудении насекомых. Айя почти ничего не видела перед собой, но хриплые крики птиц подсказали ей верное направление.
— О-хо-хо, — послышался у нее за спиной голос Фрица, — ночью все совсем по-другому.
Так и было. Джунгли изменились. Исчезла изнурительная жара. Темнота наполнилась сотнями непонятных звуков. Воздух напитался ароматами ночных цветов, на фоне звездного неба мелькали быстрые тени.
— Снимите капюшоны, — сказал Хиро — Моггл должен разглядеть нас в инфракрасном диапазоне.
Айя откинула с головы ткань-невидимку, и вокруг тут же закружило противно жужжащее облако комаров. Их было так много, что при первом же вдохе несколько насекомых попало ей в рот, и она выплюнула их.
— С ума можно сойти от этих мошек!
Оттуда, где стоял Фриц, послышался шлепок.
— Вернемся домой — надо будет принять лекарство от малярии! — проворчал он.