Я приказал своим кораблям начать маневрировать в произвольном направлении. Противник открыл огонь, издалека. Он понёс большие потери, и ему сильно мешали двигаться обломки собственных кораблей, но враг всё-таки открыл огонь. Я приказал флоту спрятаться за планетой, рано было играть в А банк, рано было терять корабли. Тем не менее, прежде, чем корабли смогли спрятаться за поверхность планеты, противник сбил их около сотни. Семь процентов всего нашего флота, терпимые потери. Я посмотрел на видео с одного из наших спутников наблюдения. Он транслировал, как взорвались транспортные орбитальные станции, базировавшиеся на орбите, и не способные маневрировать, не имевшие брони. К счастью, их персонал был эвакуирован.
В атмосфере земли происходили миллионы мелких взрывов мощностью до мега тонны тротила. Каждый такой взрыв по отдельности не представлял вреда, но все вместе они нагрели поверхность планеты до пяти тысяч кельвин, и на той стороне, где атаковал враг, начали плавиться верхние слои литосферы. Испарился океан, сейчас уже на поверхности земли не могла выжить никакая жизнь.
Планетарные орудия продемонстрировали необычайную эффективность. Сейчас каждый третий залп находил цель, а это много. Каждое попадание уничтожало целый вражеский корабль. И плотность огня трёх тысяч планетарных орудий, находившихся с этой стороны планеты, была огромна. Орудия стреляли со скоростью в среднем, два выстрела в секунду, и уничтожали по две тысячи кораблей в секунду, урон сопоставимый с уроном солнца.
А вот луне досталось не сильно, на её поверхности не было наших укреплений. Ну если только не считать двух трёх небольших баз. И противник её бомбил очень слабо, он обстрелял её примерно тысячей термоядерных ракет. Покрыв взрывами всю её площадь, и прекратил обстрел. По крайней мере, на луне не плавилась литосфера.
Враг приблизился на расстояние в пятьсот километров к земле, его корабли сбросили скорость, нанесли удары ракетами по поверхности. Но в них уже не было смысла. И всё кончилось. Весь флот противника, наконец, был полностью уничтожен. Солнце прекратило свой адский огонь. Несколько уцелевших кораблей противника добили наши силы.
Я смотрел через видеокамеру на землю, и мне было жаль, очень жаль… Планета превратилась в небольшое солнце с температурой поверхности пять тысяч кельвин. Но температура быстро падала. Большая часть атмосферы улетучилась в космос, гравитация земли не могла удержать столь перегретые газы. Вместе с атмосферой улетучилась и почти вся вода. Теперь даже Венеру было проще заселить, чем землю. К счастью все укрепления в ядре планеты уцелели, для них повреждения атмосферы, и даже литосферы, почти не играли роли. Эвакуировать всё население с поверхности земли, было правильным решением.
— Поздравляю тебя с победой. — Сказал скайнет.
— Это не победа.
— Мы выдержали очередную волну.
— Спроси у солнца, как там враг, когда ждать очередной атаки?
— Они уже начали перестраиваться, но пока не понятно, какие силы они двинут против нас.
— Какие бы не двинули силы, следующая атака будет последней, эта волна дошла до самой земли.
— Всё под контролем, — бодро ответил скайнет.
— Что с марсом?
— А что с ним? Всё в порядке, его не атаковали. Так что Марс теперь носит звание самой пригодной для жизни планеты солнечной системы.
— Ладно, я пойду посплю, часов восемь, думаю, за это время до нас очередная волна не дойдёт.
— Поспи, последний раз.
Я не выключая компьютерный терминал вышел из рубки управления, и не заглядывая на кухню, сразу пошёл в спальню. С удовольствием разложил кровать, залез под одеяло. И предался не лёгким думам, заснул только через час.
Глава 48: Последняя волна
Юлька смотрела на поверхность земли, через экран телевизора и плакала. Всё погибло, вся планета превратилась в ад. А он так и не ответил, возможно, не слышал. Нет слышал, просто скайнет ему этого не передал. Конечно, ему нужно было сосредоточиться на войне, а не бежать к ней сломя голову. Хотя она бы предпочла провести последние несколько дней жизни как праздник, а не здесь. Интересно где Ирка? Здесь? Или её эвакуировали к другим мирам на звездолётах.
— Ладно, Юль, хватит плакать, главное, что мы вместе. — Не очень умно попытался приободрить её муж.