— Но как такое можно осуществить.
— Можно, видите они сумели, и мы сумеем.
— Вы и вправду экстрасенс? Никогда бы не подумал, но вы так быстро разгрызли этот орешек. — Удивился профессор.
— Мне нужно к компьютерному терминалу с выходом в интернет.
— Но наши каналы не достаточно защищены, чтобы передавать такую информацию, если вы конечно хотите передать её кому-то.
— Не волнуйтесь, достаточная защита будет.
— Идите за мной.
Он отвёл меня к ближайшему компьютеру. Я связался со скайнетом.
— Слушай, наш противник использует материалы состоящие из протонов и антипротонов, нам нужно научиться делать подобное. Проведи эксперимент, сначала создай ядро с одним антипротоном, оно может получиться очень тяжёлым, это хорошо, у него может быть высокая валентность и тугоплавкость. Потом создай с двумя антипротонами с тремя, и так далее… В итоге создай материал целиком состоящий из сплошного ядра.
— Как это сделать пояснишь.
— Не знаю, но думаю можно попробовать следующее. Используй супер микроскоп и оптический пинцет для того чтобы двигать отдельные атомы. Помести антипротон ровно в середину между четырьмя протонами, и дай им притянуться друг к другу. Так чтобы протоны отталкивались друг от друга, тогда, наверно, аннигиляции не произойдёт. Протоны будут отталкиваться друг от друга, и тормозить, при приближении к антипротону. Но элементарные частицы должны находиться точно по периметру антипротона, расстояние должно быть одинаковым с точностью до 10Е(-31) метра, и даже выше. Попробуй.
— Хорошо, я загружу несколько научных лабораторий, но не уверен в результате.
— Это возможно, доказательство лежит у нас в ОНИЛ12. Они смогли, и мы должны суметь.
— Хорошо, конец связи.
— Извините, — обратился профессор Стражински, — но с кем вы разговаривали, скайнет это позывной, я надеюсь?
— Нет, это искусственный интеллект созданный правительством, который контролирует весь мир. Все компьютеры, всех роботов, космические корабли, заводы, и многое другое.
— Я думал это фантастика.
— В нашем мире в последние годы всё фантастика. Ладно, перейдём к пункту два нашей с вами встречи.
— Пройдёмте за мной, я вам всё покажу.
Мы пошли по каким-то коридорам, тем временем профессор рассказывал.
— Мы изучали их изомерные батареи, пытаясь найти причину их аномально большой ёмкости.
— И?
— И мы нашли ответ. Хотя они используют для ядерных изомеров теже вещества, что и мы, но хранят энергию, они на порядок более высоких уровнях.
— То есть?
— Они закачивают столько энергии, что та в обычных условиях не помещается в изомере, и изомер избавляется от неё, сбрасывая её тут же. Зарядить настолько в обычных условиях изомер не получится. Но у них условия не обычные, они заряжают и хранят изомер в сверхмощном электромагнитном поле. Это увеличивает ёмкость изомеров почти втрое по сравнению с нашими.
— И много энергии нужно, чтобы хранить изомер в таком состоянии.
— Относительно много, несколько сот мегаватт на килограмм, но если задача сохранить изомер заряженным временно, например несколько суток перед боем, то это обоснованно.
— Понятно. Мы воспользуемся этим, возможно.
— Кстати, в таком состоянии изомер способен отдавать больше энергии без дестабилизации, чем и объяснялась аномальная манёвренность сил врага в том бою.
— Ясно. Вы пытались создать подобные изомеры?
— Нет, тем более это взрывоопасно, мощность взрыва может измеряться килотоннами в случае поломки, это опасно.
— Ладно, я сам займусь этим. Спасибо профессор, что уделили мне время.
— Вам спасибо.
Я направился к стоянке флайеров, мне предстояло обдумать то, что я узнал сегодня. Офицеры эскадры просчитались, они не только не нанесли земле урон, но ещё щедро поделились с нами своими технологиями. Разворошили муравейник, люди наконец поверили в пришельцев, и теперь все вместе готовились к войне, наши шансы на победу существенно выросли. Но больше всего меня интересовали материалы полученные с помощью антивещества. Во первых, с их помощью можно было создать изомерные батарейки гораздо большей ёмкости чем сегодня, в принципе наверно в изомерную батарейку можно закачать энергии даже больше, чем эм це квадрат. Во вторых, появилась возможность резко увеличить температуру в камере аннигиляционного реактора, а это гораздо более быстрые звездолёты. Сейчас температура в камере составляла 1,5 миллиона кельвин, примерно. В случае если камера будет целиком состоять из ядра, температура в ней может достигнуть 10 миллиардов кельвин, в семь тысяч раз больше, чем сейчас. А значит, наши звездолёты смогут летать не на десятки, а на тысячи световых лет. Хотя сделать такую камеру будет крайне дорого.