— Он умер, — Саша тихо подвывает. — Его нет!
Она громко закричала, потом ещё раз. Ветхий только сильнее прижал её к себе.
— Костя, он умер!
Ещё один дикий крик. Пусть кричит, пусть выплеснет все это горе.
Они, наверное, так около часа стояли. Ветхий даже пошевелиться боялся, стоял столбом, пока она рыдала и кричала в его объятиях. А потом странно затихла. Ветхий подхватил её на руки и понес к машине.
19
Уже, наверное, сотая сигарета. Наполовину выкуренная, безжалостно смятая в куче собратьев. Ветхий затушил её, но через секунду потянулся за новой. Без этого дыма уже и не представляет себя, особенно в такие моменты.
Саша наконец уснула. Ветхий привез её к себе бледную, дрожащую от внезапного горя. Первое потрясение, видимо, прошло там, на мосту. Но попеременно истерики возвращались. Её крики, рыдания до сих пор в голове. И обвинения… Череда обвинений, которые она снова выплеснула в его адрес. Знать бы что случилось с Сашкой, почему его обвиняют опять.
Ещё одна сигарета отправилась в пепельницу и новая появилась в руке. И выйти никуда нельзя. Ветхий боялся оставлять Сашу одну в квартире. Спрятал все колющие и режущие предметы, но сколько разных способов существует… Он себе не простит, если Саша воспользуется его отсутствием и сведет счеты с жизнью.
И какого черта её братец поступил так? «Обузой» быть не хочет, неужели не понимал, что после его смерти сестра одна останется? Совсем одна… Она же никогда близко не подпускает, она же всех друзей растеряла, когда его дурака от наркомании лечила. С кем ей здесь оставаться? Дурак! Ветхий ругал Саню про себя и в тоже время смерть и в его душе оставила мутный осадок. Они же как одна семья раньше были.
Дребезжание телефона на столе заставило его вздрогнуть. Сашкин! Ветхий принес его сюда вместе с другими выпавшими из сумочки вещами. Он недовольно посмотрел на дисплей. Андрей… Ветхий догадывался, кто это и раздраженно сбросил. Но парень принялся настойчиво перезванивать. Да и уже трезвонит не в первый раз. Около десяти пропущенных. Ветхий принял вызов и, не здороваясь, прорычал в трубку.
— Ей не до тебя, парень. Что не доходит?
— А ты кто такой? И где Сашка?
— Мое имя для тебя никакой роли не играет. У Саши большое несчастье стряслось, так что отвали пока со своей любовью.
— Ты, наверное, Ветхий…
— Ба, ты-то меня откуда знаешь?
— От Сани… брата… Я в больнице.
— Хочешь сказать, в курсе дела?
— Да, все на моих глазах происходило. И Сашку ищу, потому что не знаю где она, и как восприняла эту новость.
— Лады… Думаю, ты знаешь где меня искать. Топай сюда, побеседовать надо.
Ветхий сбросил звонок. Раздраженно бросил на стол пачку сигарет. Встречаться с хахалем Сашки как-то не очень хотелось, но и узнать, что случилось нужно. Так что готов терпеть даже Андрея в своей квартире. Да и мало ли, что Александра вычудит, когда проснется. Во время последней истерики она уже дралась и обвиняла его во всем снова. Пришлось даже силу применять, на руках у Сашки точно синяки останутся. Не нравилось ему такое положение дел. Ещё одна причина у Сашки появится его ненавидеть и так уже чудовищем каким-то считает. Да и он сам хорош! Нет, всегда прошлое будет стоять между ними. Тут только смириться осталось. И добровольно отпустить, отдать кому-то, помогать скрыто. Только вот не Андрею. Плохое впечатление у него осталось о чемпионе скейтеров. Не успокоится с ним Саша, только проблем новых добавит себе. Но пока ничего не оставалось, как дожидаться того же Андрея и выяснить на конец, что заставило Александра покончить с собой…
…По дороге к игровому притону Ветхого Андрей в сотый раз прокручивал в голове события сегодняшнего утра. И проклинал себя, что пошел в ближайшее кафе, надеясь к Сашиному пробуждению завтрак доставить. Тарелки с едой так и остались нетронутыми, в больнице его ожидали слишком страшные вести.
Когда врач сообщил ему о самоубийстве друга, Андрей даже подумал сперва, что это какая-то глупая шутка. Сашка же сказал, что все понимает… И вдруг решился на такое. Теперь его слова «Я обо всем подумал» обретали другой смысл и Андрей проклинал себя, что не понял.
Сорвался на медсестру, когда она в ответ за вопрос: «Как Сашка это сделал?», сказала, что друг выпил дозу обезболивающего в десять раз преувеличивающую норму. Как они вообще могли допустить это? Почему оставили в зоне досягаемости покалеченного человека такое опасное лекарство? Они, что, не понимают, какие мысли лезут в голову при таких травмах?