Кричу с новой силой и звук появляется. Имя дорогого мужчины срывается с губ, обращая на себя его внимание. «Нет, прошу! Нет!» - молю кого-то в своей голове, надеясь на то, что меня услышат. Он смотрит на меня искренне, говоря глазами, что любит и всё понимает. Знает. Из глаз льют слёзы, тело становится ватным, но я бегу. Если уж и сдохнуть, то рядом с ним.
-Малих! – новый крик, больше походящий на никчемный писк. Он начинает шагать в мою сторону, не разрывая зрительного контакта, шепча губами, что любит. Эти слова я узнаю даже в гробу. Шоколадные омуты проникают под кожу, я словно ощущаю как он прикасается ко мне. «Нет!» - кричу в своей голове, вновь теряю звук. Малих прощается! Слёзы бегут ручьем, я ничего не вижу, но бегу. Лечу. Спотыкаюсь .Ещё мгновение и я буду рядом.
Всматриваюсь в любимые черты: черная шевелюра, смуглая кожа, рассеченная бровь, полуулыбка на лице, моя любимая, набок, и глаза. Тёмный шоколад, обжигающий нутро своим взглядом. Нежным и проникновенным. Любящим. Он оставляет отпечаток во мне, желая запомнить его таким. Я понимаю его без слов. Он шепчет «моя девочка», обозначая, что любит меня. Не забудет.
В нескольких метрах от цели меня сбивают с ног. Тело грубо кидают на землю и придавливают. Я отбиваюсь, но сил не хватает.
-Нет! – ору сквозь слёзы, а следом всё обрывается. Сильный взрыв откидывает тело Малиха, обжигая его спину и покрывая пламям. Он не мог выжить при таком взрыве, да ещё и в такой близи.
Я кричу. Истерика захлёстывает меня, а осознание того, что ко мне не коснуться его шершавые руки приводит моё тело в иступление. Сознание выключается. Кто-то гладит меня по волосам. Успокаивающе шепчет на ухо какие-то слова. Но я неумолимо ору. Вою, подобно волчице. Не могу взять себя в руке, а вскоре теряю сознание. Меня тянет во тьму, туда где мой Малих. Я хочу к нему.
Чужие руки трясут меня выводя из коматоза, но я не откликаюсь. Вижу, что Рома кричит на меня, но не слышу и не отвечаю. Внезапная тупая боль на лице, следом сильный толчек в грудь, но мне плевать. Рома краснеет, брызжет слюной и орет. Я ничего не понимаю, просто замираю и смотрю в одну точку.
Не знаю как, но Рома вынес нас из зоны поражения. По всей видимости, он же, отстрелялся от оравы вонючих арабов, которые нас преследовали, а в пустыне укрыл нас, погружая меня в сон своими убаюкивающими песнями о войне.
Я уснула. Легко провалилась в забытье, а там меня встречали шоколадные омуты. Смотрели прямо в душу. Потрошили внутренности своей нежностью, губили в океане любви и этом прощании.
Глаза широко распахнулись – я кричала. Рома держал ладонь на моих губах, тихонько шикая в ухо, мол не нужно, нас обнаружат. Но вой не утихал. Я просто было неспособна себя заткнуть. Рёв лился из души, заставляя выпускать из себя боль и шок, которые накопились за последние...часы? минуты? Я не знаю сколько мы здесь.
Резкий свет ударил в глаза. Удар. Рома обмякает, а на меня опускается незнакомая ладонь, которая вытягивает меня из укрытия и душит. Я теряюсь, не желая бороться и смиряюсь. Да, я иду к тебе любимый.
***
«Рома»
Укладывая отморозков, не заметил ещё одну кучу, которая свирепо ревела и приближалась ко мне. Мы проиграли. Нас сожрут здесь. Пора уходить. Слышу выстрелы. Наконец-то! Малих дал знак на открытие огня. Укладываю очередями засранцев и мчусь к Маше. Она и сама справляется, но я себя не прощу если с ней, что-то случится.
-Мухамед готов. Ещё чуть-чуть и будет большой бум! Беги! Помоги солдату сдохнуть! – улавливаю осадки гниды, который смеется Машке в лицо, вызывая у неё приступы гнева. Мозг срабатывает быстрее меня, а Машина реакция переводит моё тело в активный режим. Дьявол! Здесь чокнутый акбарец!
Машка стреляет контрольный в голову, путаясь в собственных нога и бежит в сторону Малиха. Идиотка! Сгорит вместе с ним! Лечу по пятам. Не кричу вслед, не имеет смысла. Она всё равно не послушает, лишь ускориться. А сейчас у меня есть преимущество – внезапность. Этого достаточно.
Малих, буквально на секунду, обращает на меня свой взгляд, словно смотря сквозь Машу, а там столько любви. Тошнотворный ком подступает к горлу, но я даю себе обещание, что сберегу её. Машка кричит имя выбранного ею мужчины и ускоряется.
Она бежит, вновь спотыкается и снова бежит. Они неразрывно смотрят друг на друга, внутри всё защемило. Сейчас умрёт любовь. Черт!
Накидываюсь на Машку в момент взрыва. Толчок больно ударяет о тело, слегка обжигая кожу, которая открыта. Но всё это – ерунда. Маша цела. Бьется подо мной изо всех сил, но их маловато. Она выдохлась. Истерика накрывает бедную девочку, а я лишь глажу её волосы ,не зная что сказать, но говорю. Шепчу какой-то бред, главное нежно и успокаивающе. Она ,вообще, вряд ли слышит меня, просто ревёт, желая разорвать все вокруг и сжечь себя в этом аду.