-Тебе не понять, - шипит она сквозь зубы, хорошо меня забавляя.
-Это меня и радует, что я не должен этого понимать. Цена ваших жизней заключается в пользе от тебя, иначе говоря, - хватаю её за локти, переношу вес тела на себя и усаживаю на колени, сразу проводя языком по щеке и нарекая прямо в ухо, - Я могу отстрелить вам головы прямо здесь и выкинуть на прикорм собак, - Маша дергается от меня, но я не даю ей вырваться. Пусть знает кому обязана и что её долг не оплачен. Не забывается кто здесь кто.
-Я выполню свою часть сделки, - зло бросает Мария и бьет меня по лицу, а я гогочу во всю глотку.
-Да, девочка, давай. Именно так я люблю, как и ты сама,- она смотрит мне прямо в глаза и я готов поклястся , что на секунду, всего на мгновения, она позволила увидеть там боль. Следом тихо опустилась на своё место, сплела пальцы с пальцами солдафона и тихо выдохнула:
-Да, ты прав, теперь я такая же…
***
«Мария»
Мерзкое животное. Отребъе в реальной жизни. Теперь я гнушаюсь назвать себя человеком. Я тварь, которую возбуждает боль, публичность и кровь. Остаток от девочки в которой горела жизнь. Существо, что готово быть портовой шлюхой за глоток воздуха. За гордость и месть. Горячая смесь, которая струится вместо моей крови разливая по венам – чистый яд. Да, Глеб прав, я такая как он, как Дарий и Роме нет места в моей жизни, точнее мне в его. Он пробовал на вкус кровь, но не похоть, которую дарит смесь боли, разврата и безумия. Нет, он чист. Ему нужна нормальная жизнь, а мне она уже не подходит.
Рома заслуживает нормальную женщину, такую как Илона. Простую, открытую и не познавшую все возможности женского тела. Не обожжённую о собственную слабость. Нет, Ромка должен получить больше, нежели потасканную шкуру в красивом пакете, внутренности которой прогнили на сквозь и пропитались запахом крови.
Рому забрали в лазарет, а меня подхватил под локоть Глеб и потащил в сторону казарм. Мне нечего бояться, теперь я готова убивать за свою честь.
-Тебе нужно помыться и отдохнуть. Завтра встретимся с главой отдела, ему будет интересно увидеть легенду, - конечно, и сюда добралась моя дурная слава.
-Заткнись, - кидаю наотмашь и вырываю локоть из крепкого хвата мужика. Да, Глеб красивый, суровый и очень сильный, но в его глазах я вижу знакомый блик, такой же был у Дария. Его извращенное сознание тронуто той же монетой.
-А какая история красивая: девушка потерявшая любимого и нашедшая утешения в войне. Стала той же войной и роком судьбы для всех, кто противился её воли, - он всё говорил, а я уже не слушала, только обрывок последней фразы долетел до меня и кольнул сознание, -Не так я тебе себя представлял, Машка, - Глеб хохотнул и закашлялся, а следом добро похлопал меня по спине. Да, даже в звере и монстре есть частичка человечности.
Машка…Привет, Машуль. Давно не виделись. Я не люблю приходить на кладбище своих душ. Но ты была особенной, истинной мной. Теперь это всего лишь тень прошлого. Я и есть тень. Знаешь, если б время можно было мотнуть назад или отправить весточку в прошлое, я бы написала тебе письмо и молила не ехать на службу. Выбрать другой путь, который не сулил бы столько испытаний твоему телу, душе…Но всё уже сделано, потому прощай. Мы были лучшей версией нас.
Холодная вода обжигала кожу, а сильно отросшие волосы хлыстами улеглись на моей спине. Они больно тянули затылок своим весом и покрывали моё тело темным плащом. Говорят в волосах хранятся воспоминания…Стоило бы их отрезать, но я не стану. Эта ноша моя и никого другого. Она всегда будет со мной и дурацкие волосы ничего не решат. Обрежь их или сохрани, память помнить будет.
Моё тело исхудало, стало абсолютно не привлекательным и искалеченным. Ожоги, раны, ссадины, гематомы, хорошо хоть зрение вернулось. И на том спасибо. На моем лице были синяки, царапины, но не было шрамов. Дарий хорошо заботился о местах , которые являлись оберткой. Иногда.
-Мария, - голос Глеба вытащил меня из преисподней моих размышлений.
-Я здесь, - мерно протягивая расчёску через волосы, я смотрела в зеркало и не узнавала девушку в отражении: ни блеска в глазах, ни румяных щек…Только бездонная пустота на месте глаз, сильно выделяющиеся скулы и губы, раннее походящие на пухкие булочки, сложены в строгую полоску, совершенно съедающую форму. Моё тело покрывал хала с полами до самого пола. Мне было комфортно в такой одежде, да и без неё. Теперь уже было плевать.
-Отбой через пол часа, я принес тебе еду, - заботливый Глеб меня немного раздражал и удивлял. Видимо, задание на которое я согласилась пренеприятное.