- Либрия, я поздравляю тебя - это звучит над городом и в городе, знакомый всем жителям голос вождя, ибо слышали его ежедневно - Наконец-то в сердцах людей воцарился мир. Наконец-то, война стала словом, значение которого выветривается из нашего понимание
Наконец-то, Мы...Обрели...Дом!
Никаких чувств! Никаких Завистей, злобы или ненависти! Город где все одинаковы, где никто не испытывает злобы к другому. Все лишены чувств. В этом городе нету богатых или бедных, все одинаковы, все на одном уровне. Все равны. Здесь нет не разделённой любви, чувства потери или депрессии. Здесь нет нацизма, репрессии, или угнетения. Все что убивает человека изнутри, все то, что разъедает его годами, как термит съедает дерева. Здесь все как один единый организм, все служат для одной великой цели. Приравнять всех к друг другу. Сделать так что бы в мире не стало больше войн, побоищ, конфликтов. Что бы человек больше не убивал и не причинял боль к другому такому же человеку. Где сердце людей больше не будет копить в себе все негативное, ибо все будут лишены всего что приводит к фатальному исходу. Ярость, ненависть, презренья, злоба. Все это эмоции, а эмоции это чувства. Корень всех зол! Корень всех бед! Корень всех несчастий, вех людей, всего человечества.... это....человеческие чувства!
Глядя и лицезря эти помпезные высотки, в голове слышится ритмичные биение по барабану. Олицетворяя эти удары с жизненным ритмичным пунктуальным строем и жизнью города. Смотря на пролетающий и везде видящего дирижабля, просыпается гулкий, далёкий, едва уловимый, но везде сущий хор. А поймав глазами портрет вождя, уже слышится заданным им темпом, невнятные слова, что должны быть приняты и повторены тобой. Хоровая музыка, с ритмичным ударами, задающий темп, и словами придающий шарм. Гипнотизирует и делает вид города поистине внушающим и помпезным!
- Либранцы, в сердцах людей гнездиться болезнь.
Железный столб и четыре громкоговорителя на конце, а рядом на утреннем фоне неба, развивается бордовый флаг с белой окружностью по центру, а внутри знакомая нам эмблема.
Мужчина стоит спиной. Видны его голова и плечи. На нем серая одежда, коротко подстриженные черные волосы. и шоколадная кожа. Прямо над его головой, прямо над ним летел дирижабль, и судя по размеру летел на низкой высоте, отчего казался ещё больше. Перед ним стояло массивное светло-серое здание с высокими колоннами у входа. Справа от его плеча, гигантский экран на стене этой же архитектуры. На записи экрана трое мужчин с дубинками безжалостно избивали лежачего мужчину на середине дороге, тот уже от боли и отчаяние не сопротивлялся, лишь закрылся руками и ногами, но те с видимым наслаждением даже не думали останавливаться.
- Её симптом ненависть...
Квадратное, громадное в ширину здание с арочной крышей. Задний двор являлся широким участком, с двумя дверными проходами, огороженный стеной. Двор был из светло-серых отшлифованных плит, и построенные в двенадцать рядов лавки без спинок и поручней. В двенадцать рядов, в строгом цветовом порядке расселись люди по лавкам, суммарное число присутствующих, превышало за 400. С лева на право, от тускло-бежевого до темно-синеватого, и все в комбинезонах. У двух дверей в здании, являющимся входом и выходом, стояли по два охранника в черных мота-шлемах с черными не проницаемым, визором. В черных лакированных плащах, полы которых спускались ниже колен, а руки в черных перчатках держали штурмовые винтовки. Ещё пятеро охранников маршировали между рядами сидящих. Сидящие в однотонных комбинезонах, смотрели на гигантский экран в стене. А на экране гордо и даже надменно стоял человек, в военном обмундировании 20-го века. У него уложенные в одну сторону волосы на голове, под носом короткие квадратные усы, а на плече презренная свастика.
- Её симптом злоба...
Мужчина средних лет стоял к экрану спиной. Его частично отросшие волосы, в которых проскальзывала седина, падали на плечи. Он был одет в темно-синюю одежду неопределенного покроя. Слева от него, как и прежде, возвышался огромный монитор колоссальных размеров. На экране отображалась улица большого города. На ней находился мужчина, видимо возвращавшийся с работы, судя по чёрным деловым брюкам и белоснежной рубашке. Его руки были заняты пакетами с покупками. Неожиданно на дороге показалась колонна тяжёлых военных танков. Но незнакомец, казалось, не собирался расступаться и отходить с их пути. Он твёрдо стал на месте, не давая конвою бронетехники пройти и раздавить собой.