– Как же тогда быть? Долго мы ее жесткие правила все равно не сможем выносить, – продолжал Слава.
– Во-первых, «ее» правила должны стать «вашими» правилами. Это ведь не ее прихоть, это опыт чужих жизней и чужих страданий. Во-вторых, всегда есть разные пути решения проблем…
– Например, общим решением отстранить ее, – негромко проговорил Виктор.
Константин сменил тон на более холодный:
– Отстранить человека за то, что он выполняет свою работу? Эка вы хватили! Ну уж нет. Ваша мысль движется куда-то не туда.
– Извините, я погорячился, – еще тише ответил Виктор.
– У меня есть другая идея, как смягчить Риту и наш с вами режим, – заговорщически подмигнул Константин. – Мы дадим Рите почувствовать то, что чувствуем мы, наш азарт и радость, трудности и озарения. И это я беру на себя…
VIII.
Теперь Константин с определенной периодичностью брал Риту с собой на маршруты, особенно продолжительные. Он обучал тонкостям работы, учил видеть историю у себя под ногами, по добытым образцам восстанавливать возможные картины прошлого. Вся его группа работала так слаженно, без лишней суеты и со знанием дела. Рита старалась не отставать от них. Она теперь как-то по-особенному чувствовала, что живет.
Константин быстро заполнял пробирки грунтом. Рита фиксировала координаты места. Она часто любовалась Константином во время работы. Строгий профиль, сосредоточенность, спокойная сила. На нее вновь накатило то ощущение чего-то настоящего, которое она испытала, впервые увидев его.
Вдруг Константин отвлекся и посмотрел на Риту. В глубине его глаз горели задорные огоньки:
– Как тебе здесь? Нравится?
Рита улыбнулась:
– Еще как.
– Звать тебя с нами еще?
– Конечно!
Рите вспомнилось, как еще во время обучения она читала древнюю книжку про Монгольскую экспедицию и думала: «Я готова плакать. От восторга, от зависти, от рвущейся наружу жажды реальной жизни, деятельности… Я хочу жить, я хочу трудиться, я хочу преодолевать трудности, не воображаемые, а реальные, бороться с природой, пытаться понять ее, любить ее… О, как же я хочу жить… А не читать о жизни в книгах. И не знаю, как…»
А теперь она знала, видела, проживала это сама.
План Константина сработал. Рита не могла не смягчить требований к режиму, но они остались достаточно строгими, чтобы обеспечить необходимую безопасность экспедиции. И все же компромисс был найден.
Но не всему предстояло вписаться в план. Во всяком случае, в Ритин план…
IX.
На базу они вернулись поздно. Чувство усталости обволакивало. Тянуло в сон. Сил у Риты хватило только на то, чтобы забраться в палатку и плюхнуться на первое попавшееся место. Она сразу заснула. Но уже через несколько минут к ней начали присоединяться другие девушки и юноши. Галдение и шорохи заставили ее вынырнуть из такого приятного сна.
Температура вокруг постепенно снижалась. Становилось холодно. Надо было объединять контуры индивидуальных теплосистем для увеличения теплоотдачи. Но так хотелось спать…
Мужская рука нащупала голову Риты и аккуратно притянула ее к себе. Рита поняла, что кто-то помогает ей с объединением контуров.
– Как странно, – подумала Рита, – ничего не понимаю.
Мужчина произнес несколько реплик, обращаясь не к ней, и она узнала голос Константина. Сон сняло как рукой.
Стало абсолютно темно. Шум затих. Народ засыпал.
Рита продолжала лежать на руке Константина почти вплотную к нему и боялась пошевелиться.
В голове пронеслось:
– Да я же занимаю все его место, а он не знает, как отодвинуть меня. Как неудобно вышло…
Она аккуратно начала отодвигаться от него, но Константин притянул ее обратно, затем отпустил, как будто хотел увидеть ее реакцию, но тотчас притянул снова. Рука Риты зависла в воздухе. Не зная, куда ее деть, Рита вынужденно опустила ее на спину Константину.
– Что, черт возьми, происходит? – думала Рита.
Они лежали так очень долго. Сердца обоих часто стучали.
Первым их неподвижность нарушил Константин. Он медленно провел кончиками пальцев по волосам Риты. Приятное ощущение волной пробежало по ее спине. Это было похоже на дрожь или мурашки, которые Константин принял за зябкость. Он дополнительно укрыл Риту и вернулся к ее волосам.
Шуршание волос казалось ей таким громким в ночной тишине, что она всерьез испугалась, что оно может всех перебудить. Рита остановила руку Константина, прижала его ладонь к своей щеке и легко коснулась ее губами.
В следующий момент лицо Константина оказалось над лицом Риты. Она рефлекторно подалась вперед и наткнулась на его губы.
– Что он делает? Что я делаю? Почему это происходит? Я чего-то не понимаю, – проносилось в голове у Риты.