А та стояла в фойе ни жива, ни мертва. Да, она нарушила правило и не одно. Но… Все равно, если бы у нее спросили, она поступила бы так же.
– У тебя прокол похлеще моего, – подошла подружка, – боюсь тебе не позволят переучиваться, а сразу лишат волшебной силы.
– Пусть! Зато я успела сделать то, что считала нужным.
Заседание комиссии продолжилось. Девушки слышали только голоса, которые спорили, но кто, что говорил… в фойе было не разобрать. Напряжение виновницы достигло апогея, и она не выдержала, метнулась в зал. С гордо поднятой головой, набрав в грудь воздуха, она выдала профессорам:
– Делайте со мной, что хотите, но НИКАКИЕ правила не стоят счастья мальчика. Я могла, и я сделала, – и, махнув рукой, вывела голограмму.
По дорожке бежал, смеясь, мальчик, а навстречу ему несся, лая пес. Вот он добежал, подпрыгнул и лизнул лицо мальчика. Тот опустился, обнял собаку, позволив ей слизывать слезы счастья, и всхлипывая, шептал:
– Ридер, мой Ридер, ты живой, как я счастлив, что ты вернулся!
А потом посмотрел в небо. И звездочка точно знала, что он думал: «спасибо, звездочка, спасибо!»
Большинством голосов комиссия посчитала экзамен сданным.
Конец