— Че такое, я не понял?! Быра! — покрывало слетело в мгновение ока. За решеткой из толстенных прутьев стоял Сэй, с интересом глядя на меня. — Во, ё-моё! Он и здесь отметился! Господин Грамб, ваш сын — талант!
— Ну а то! — в голосе отца звучала неприкрытая гордость. — Витар, сынок, заходи! — Сэй приглашающе распахнул дверь. У них даже камера не была заперта. Толку-то? Каменными были только две стены помещения, остальные состояли из решеток — а если эти люди захотят выйти, их и стены не удержат… мало того, что они сами по себе машины смерти, так еще и во всеоружии — никто не рискнул забрать амулеты и обереги.
В дальнем углу жались несколько урок, с опаской глядя на вольготно расположившееся на нарах боевое подразделение, одно тело валялось прямо на бетонном полу, легонько постанывая и булькая кровью из размолотого в кашу лица. Понятно, не захотели быть вежливыми.
— Все, свободен. Начальству скажешь, что парень с нами! — стражник, бледный как полотно, вытянулся по струнке и козырнул. Уже повернулся, было, на месте… — Стой, раз-два! — Сэй порылся в своей поясной сумке, выудил пару серебряных. — Давай еще раз до таверны! И принеси ты хотя бы пару галлонов пива, что ты по пинте таскаешь? Все, бегом марш, одна нога здесь, другая — там!
Страж козырнул, на лестнице донесся затихающий грохот его сапог. И вправду побежал.
Хана…
Сэй взялся за мои Оковы Молчания, его пальцы побелели — но металл тут же обреченно хрустнул.
— Ну вот, так лучше! А то — понавешают фигни всякой… Ты пиво будешь? Еще осталось немного.
— Буду…
— Это Миа тебя починила? — отец внимательно рассматривал меня.
— Ну да, почти. Папка, как я рад, что у вас все в порядке! — ребята сунули мне в руку кружку, над которой дрожала белая шапка пены. Раздались смешки.
— А что у нас не в порядке может быть? Жаль только, так и не выловили эту сволочь — Сухого… ничего, долго не побегает. А почему ты в наручниках?
— Пришел тебя выручать. Все-таки носить с собой гражданский паспорт — хорошая привычка, папа. А меня загребли за кражу доспехов — ну, тогда, на ристалище… — камера грохнула.
— Блин, спаситель! Посох мне налево! — отец вытирал слезы. С одной стороны, смеялись, конечно, надо мной. С другой — меня это ну совершенно не задевало! — Ну а мы вот заглянули к ним в штаб-квартиру… Сухого там не оказалось, а те, кто оказались, сейчас вон там, дальше по коридору отдыхают — отец кивнул на коридор, по обеим сторонам которого уходили вдаль каменные мешки с бронированными дверями. Ну, не без издержек, конечно — кто в госпитале, кто в морге… Мы же первые не трогали никого! Ладно, фигня все это. Ты не бойся, доспехи — это тоже фигня! Разберемся. Вот, держи… — он коснулся моего запястья и в меня хлынула волна магической энергии, высаженной оковами до нуля. Блин, ну и энерготело у папки! Я рядом с ним — все равно что стакан воды у подножия водонапорной башни… Сразу же поднялось настроение, я сладко, с хрустом потянулся. Давайте, блин, подходите все желающие!
Будьте осторожны в своих желаниях, они, бывает, сбываются…
По лестнице спустился стражник, волокущий на горбу двухгаллонный бочонок пива. Камера оживилась, пробка вылетела из отверстия с легким шипением, над ним заклубился призрачный дымок. Да, с хорошими людьми и в тюрьме сидеть приятно! За шумом никто не услышал, как по лестнице спустился еще один человек…
— Господин Грамб! Простите, вашего сына приглашают на дознание. Вы позволите? — я судорожно нацепил на запястья вещественную иллюзию Оков Молчания и оглянулся. Черт, энергоемкое заклятие, снова почти пустой… За решеткой стоял стражник в возрасте, по осанке и поведению понятно — начальство. Возможно даже, начальник Управления — я как-то никогда не интересовался, кто в Маларе есть кто. Ни к чему было.
— Если он сам не против… — пожал плечами отец. Я залпом допил пиво и поднялся — все парни из расчета смотрели на меня. Ну не буду же я показывать себя трусом!
— Ладно, давайте сходим…
По лестнице мы поднялись благополучно. Прошли по коридору… А вот в коридоре ждала встреча, которую я никак не ожидал — навстречу нам прошел новоиспеченный король вместе со своей свитой — итого человек двадцать. Рядом суетился какой-то толстяк в форме. Королю, видно было, тошно в такой роскошной одежде — он все время чесался, что-то поправлял, одергивал… и лицо у него было такое, словно пришлось возиться с дохлой крысой. Мы прижались к стене, пропуская их высочество, вся толпа неожиданно свернула на ступеньки к камерам. Я ухмыльнулся: угадайте с одного раза, куда они собрались? Папа, конечно, непредсказуемый человек, но если верна моя догадка, то это уже слишком даже для него! Хотя, оба — заслуженные вояки, наверняка хоть шапочно, но знакомы…