Вокруг творилось что-то невообразимое. Даже для меня — мага, человека морально подготовленного к разного рода чудесам, пугали эти нестыковки. А чего я собственно испугался? Тележки? Я громко, многоэтажно выматерился. Эхо задорно подхватило мои слова. Нет. Тележками нас не испугаешь. Я боялся другого — неизвестности. Я уже привык, что худо-бедно могу объяснить любое явление. А тут происходило что-то, на что я даже за уши не смог бы натянуть какую-нибудь теорию. Ощущение беззащитности перед неизвестным решило проверить на прочность мои зубы. Я поскрипел немного зубами и почему-то успокоился. Нефиг нюни распускать! Для начала надо поправить энергоресурсы.
Я подошел к ручке конденсатора. Несколько раз глубоко вздохнул. Так, надо немного успокоиться. Сейчас любой неосторожный жест, слово, даже мысль могут обрести реальность. Еще бы! Триста тысяч торпед! Усилием воли я приказал заткнуться внутреннему голосу и аккуратно, стараясь не совершать лишних движений, взялся за ручку. Мне всего то и надо, что подзарядиться. Довольно просто. Так же просто, как наполнить хрустальный бокал водой из бушующего потока.
Когда мои пальцы сомкнулись на ручке, в глазах потемнело. Ощущение реальности исчезло напрочь. Вокруг было море энергии. Слишком много для меня. Я осторожно впустил энергию в себя. В реальность меня выбросило в прямом смысле этого слова: отбросило от конденсатора к стене. Я пощупал затылок. Шишка будет. Могло быть и хуже. Намного хуже. Шары на концах конденсатора еще некоторое время светились слабыми зелеными сполохами, а потом погасли. Но набраться энергии я успел. Что такое — восемнадцать торпед? Для этой штуки это какая-то невозможно малая доля секунды работы.
А теперь, пошли все вон! Я делаю ритуал. И пусть вокруг меня хоть тележки, хоть драконы с бубнами появляются. Я за работой. Главное начать. Подошел к конденсатору, одним махом перескочил его. Подошел к пентаграмме, запалил магией свечи.
— Я узнал тебя, Черный рыцарь! — раздался со всех сторон громогласный басовитый голос. Потом он запел боевую песнь вирейских арбалетчиков:
Свист болтов, звон тетивы. Рыцари в крови захлебнутся. В самых дорогих доспехах Щели для болтов найдутся. Залп! Метель из металла. Смерть! С неба летит. Да! Во что бы ни стало. Враг! Будет разбит. А у нас сегодня праздник — Сало дали на обед. С голоду живот подводит, Но салом смажу я арбалет.— Всем построиться и идти в Ущелье Праха! — рявкнул я. Но перекричать хриплый голос, самозабвенно орущий припев, не смог.
Пусть колдует маг трусливый. Пусть бормочет ерунду. Зря он прячется за спины. Все равно я попаду!Это меня вывело… Голос снова завел припев, я попытался его переорать, выкрикивая оскорбления, но меня явно не слышали.
Правый фланг дракон утюжит, Сеет смерть, плюет огнем. Но мы знаем, что мы сдюжим. Хвост и крылья оторвем!Снова припев. Все что я мог сделать — обреченно всхлипнуть.
А когда домой вернемся, Милые обнимут нас. Сдвинем чарки за победу. Кто не выпил…Я закончил словом, которого не было в оригинальном тексте, но в рифму оно легло идеально. Голос заткнулся. Как мне показалось, обиженно. Что за бред творится, господа? Но моя злость поспособствовала порядку. Пока я творил ритуал, ничего странного не происходило. Первые стадии прошли без запинки. Теперь настал решающий момент.
Я отошел к конденсатору и занес руку над ручкой. Энергии мне может не хватить, тогда придется опять окунуться в это море. Пошла третья фаза — самая сложная. Для начала надо поймать демона в пентаграмму. Я произнес заклинание. На пентаграмму я не смотрел, но почувствовал, что демон в ней. Существует такая теория, что человеческий разум не в состоянии перенести облик того, чего быть в этом мире не может. Теория спорная, но проверять мне ее что-то не хочется. Теперь процесс экзорцизма — изгнания сущности из этого Мира. Я сделал пасс рукой. Черт! Только синие искры. Я взялся за ручку, произнося заклинание второй раз. Главное взять из конденсатора столько энергии, сколько нужно. Если не удержу… Произнося последнюю фразу заклинания, я почувствовал, что не смогу сдержать безумную мощь конденсатора, я понял, что все триста тысяч торпед энергии пройдут через меня и наполнят заклинание. Ну вот, понеслась. Сначала я перестал чувствовать правую руку, потом меня не стало.
28
Сознание и материя являются различными аспектами одной и той же реальности.
К. ВейцзеккерТо, что я все еще продолжаю существовать, я заметил, когда понял, что лежу на неудобно подогнутой левой руке. Я вытащил ее из под своего тела, стал сжимать и разжимать кулак. Тысячи маленьких иголочек впились в мою кисть. Если успела затечь рука, значит я лежу минут пять-десять, не меньше. Кое-как встал. Перед лицом была стена цеха, освещенная ярким зеленым светом. Со стены на меня смотрели две четкие мои тени. Я обернулся.