— Спасибо! — сказала она с чувством. — Вы нас спасли.
— Вполне вероятно, — согласился я.
— Меня зовут Млада, — представилась женщина. — Я старший техник экзобарона. А вас как зовут? На случай, если у меня потребуют отчет — чтоб я знала, кого отметить за наше спасение, — добавила она поспешно и почему-то смущённо. — Вдруг его благородие захочет вас наградить за то, что сохранили ему несколько специалистов. Вряд ли, конечно, но… — она пожала плечами и закусила нижнюю губу, словно пытаясь заставить себя замолчать.
— Рад знакомству, Млада, старший техник. Белогор Казимирович, экзобарон. Награждать себя не стану, но вы правы: специалистами разбрасываться не могу. А теперь советую пристегнуться. Мы взлетаем.
На лице девушки отразилось недоумение, а затем её взгляд поднялся с моих глаз чуть выше и остановился на белых волосах.
— Ой! — испуганно воскликнула девушка и резко села. — Вот чёрт!
Глава 8
— Точно не он, сударыня, — сказал я.
— Простите, ваше благородие! — в смятении пролепетала Млада. — Я… не признала вас сразу!
— Ничего страшного. Это не беда. Зато теперь будем знакомы.
— Эм-м… Ну, да.
Девушка залилась краской ещё сильнее. Дело даже не в том, что она приняла меня за гвардейца или солдата гарнизона. Техники входят в число кабальных. Так в Империи называют рабство, если глядеть в корень. Должников, которые не смогли расплатиться с взятыми у Домов займами и попали от них в финансовую зависимость. Собственно, они и составляли основную рабочую силу аристократов. Так что смущение и испуг девушки понять несложно: она полностью зависела от меня и, конечно, не так предпочла бы свести знакомство. Но, как говорится, фарш невозможно провернуть назад.
— Можете пока доложить о ходе строительства, — сказал я, чтобы отвлечь бедняжку от переживаний. — Не только перерабатывающей станции, но и других зданий. Полагаю, вы успели побывать ещё где-то.
— Да, ваше благородие, — после короткой паузы взяла себя в руки Млада. — Всё идёт по плану в пределах оптимальных сроков. Впрочем, неудивительно, ведь процесс контролирует ИскИн.
— Хорошо, рад слышать. Как вас по батюшке, кстати?
— Меня? — снова опешила девушка.
— Вас. Кого же ещё?
— Георгиевна. А фамилия — Велесова.
— Млада Георгиевна, в конце дня жду вас с отчётом о строительстве. ИскИн — это, конечно, хорошо, но человеческий глаз никто не заменит. Вы согласны?
— Эм-м… Ну, да. Наверное. Кхм… Во сколько вам угодно меня принять, ваше благородие? — всё-таки пришла в себя техник.
Это было слышно по деловому тону.
— В девять часов.
— Хорошо. То есть, слушаюсь, господин барон.
— Я рассчитываю услышать о том, что станция отремонтирована, Млада Георгиевна. Насколько мне известно, у вас есть право корректировать работу ИскИна в случае необходимости.
— Совершенно верно, ваше благородие. Правда, это бывает довольно редко. Обычно подобной нужды не возникает.
В голосе девушки послышались нотки сожаления. Мне это понравилось. Значит, она болеет за свою работу, а не просто долги отрабатывает. Интересно, как попала в кабалу. Хотя, может, и не она, а её родители. Если те умирали прежде, чем возвращали кредиты, повинность перекладывалась на детей.
Система жёсткая и, на мой взгляд, бесчеловечная. Было время, когда в Сенате даже обсуждалась отмена кабалы, но инициатива быстро затухла, ведь большинство аристократов и абсолютно все Дома используют рабский труд. Я бы дал своим людям вольную, вот только кто тогда работать будет? У меня сейчас просто нет средств нанимать свободных специалистов.
— И проследите за тем, чтобы после того, как солдаты закачают в норы термическую смесь, выходы из тоннелей были законсервированы, — добавил я. — Взаимодействуйте с Садко. Это ИскИн замка.
— Да, ваше благородие, — поспешно кивнула девушка. — Слушаюсь.
Я высадил техников перед замком. Внутри им было сейчас делать нечего, а угроза нападения мирминоидов исчезла. Сам же я отправился дальше и спустя несколько минут уже направлялся от шестого причала в кабинет. До встречи с представителем имперского банка оставалось не так много времени.
Пока шёл, рядом со мной возник Садко. Аватар подстроился под мой темп, для чего ему всего лишь нужно было делать один шаг, когда я делал два.