С тех пор, конечно, всё изменилось. Император отдал систему «Артемида» Коршуновым в ленное владение с правом наследования. И хотя формально он имел право её отобрать, всем давно было ясно: никто никогда у Коршуновых не отнимет то, чем они владеют вот уже сотни лет. Во-первых, без них добыча хронида невозможна, во-вторых, они просто не отдадут. Даже если все Старшие Дома объединятся против них. Чего не случится, поскольку Империя никогда не откажется от космической экспансии, а значит, и от хронида.
Я не испытывал иллюзий относительно того, почему князь так легко согласился на моё условие.
Конечно, дело было не только и не столько в желании избавиться от пятна на репутации Дома Коршуновых, прославленных охотников, надежды и опоры Империи, просто исключив меня из рода.
Когда я предложил выделить мне собственную планету в полное независимое владение, старик сразу сообразил, чем это чревато.
Дом Алонсо, давние враги и политические соперники Коршуновых, не преминут воспользоваться тем, что один из отпрысков князя потерял покровительство рода. Они нападут и постараются отобрать Аврору. Да, казалось бы, без охотника она им не нужна. Но Алонсо не упустят шанса показать всем, что помнят о старой кровной вражде — даже если один из Коршуновых больше не входит в число наследников. Убить меня — слишком большой соблазн для них. Даже, в каком-то смысле, дело чести, ведь остальные Дома будут ждать этого от них. Отказаться от драки для Алонсо будет равносильно признать, что даже изгой рода Коршуновых им не по зубам.
И старик рассчитывает, что у них получится прикончить меня лучше, чем у его ассасинов. И при этом он будет ни при чём — ведь я сам пожелал независимости. Разумеется, оставлять планету с рифтом Дому Алонсо, пусть даже захудалую, он не станет. Тем более, на ней однажды могут появиться и другие месторождения хронида. Почти наверняка так и будет. На Зевсе, например, уже сейчас пять рифтов. А на Посейдоне так вообще семь. Причём один из них — высшего на текущий момент восьмого уровня, так что для его защиты понадобились целых три охотника. Благо, детей мужского пола у князя предостаточно. От четырёх-то жён.
В общем, ясно, что между Коршуновыми и Алонсо начнётся война, в которой старик рассчитывает победить. Возможно, даже объявит это возмездием за смерть сына. Лицемерия ему не занимать — как и ума.
Однако выигрывает не тот, у кого есть план, а тот, кто учитывает чужие планы. Плюс хаос, который может вмешаться в любой момент. Как учесть то, что учёту не поддаётся? Нужно помнить о его существовании.
Так или иначе, в ближайшее время мне предстоит отстаивать своё право на Аврору. А значит — и на жизнь. Придётся многое обдумать и многое учесть. Десятки факторов, которые уже есть, и ещё столько же тех — которые лишь обнаружатся в будущем.
Подготовка к моему отъезду заняла даже меньше недели. Князю будто не терпелось от меня избавиться. Я эту спешку только приветствовал.
По договору о родовой сепарации, которая делала меня экзобароном, я получал базовый крейсер «Садко», в который все эти дни грузилась военная техника, транспорт разного назначения и насосные станции для добычи хронида, а также арсенал, стрелковое оружие, боеприпасы и, самое главное, — ядерные блоки. Основа моего будущего благополучия.
Всё было старое или списанное, собранное по сусекам звёздной системы. Прими, Боже, что нам негоже, — вот, чем руководствовался отец, снаряжая меня в дальний путь. Может показаться, что я и так получил до хрена всего, но, по имперским меркам, это мелочи. Наследство моё было минимальным — об этом старик с поверенным позаботились. Я не спорил. Иначе это затянулось бы не известно, на сколько, а мне хотелось как можно быстрее покинуть отчий дом. Да и всё равно ничего существенного выторговать не удалось бы. Глава рода имеет право сам решать, кому что давать.
Накануне моего отлёта произошло странное событие, которому я тогда не нашёл объяснения, и которое прояснилось лишь намного позже.
Я обедал, наслаждаясь жареным сыром с ягодным соусом и мутабалем из баклажанов, когда вдруг обнаружил под одним из кусков пищи маленький кружок генератора гипносна. Нужно ли пояснять, что он никоим образом не должен был оказаться в столь необычном месте, как тарелка с едой? К тому же, я никогда не пользовался гипносном, предпочитая собственные видения.
Было совершенно ясно, что генератор подложил кто-то из слуг или поваров. И сделал это, чтобы я его нашёл. Интересно, в чём смысл данного поступка? Выяснить это можно было лишь одним способом.