Эль напомнил, что на эмоциях люди часто сдают свои тайны, а в том, что тайны есть, он не сомневался. Вчерашняя вспышка тоже должна была привлечь внимание — пропустить взрыв, а по-другому без знаний тот звук истолковать никак нельзя — горожане не могли. И столп ярко-алого цвета, наверняка, заметили. А, значит, у любопытных и просто зрячих возникли вопросы. И их немало.
— Вопросы не дают ответов, — заметила Ася.
— Ошибаешься, Карамелина. Именно вопросы порой способны рассказать очень многое.
Встретил взгляд сомневающихся серых глаз. Как же он любил эти глаза… Пояснил:
— К примеру, возьмём твоё наследство. Сочувствующий поинтересуется, как ты себя чувствуешь, и тяжело ли находиться в пекарне покойной бабушки. Замешанный в убийстве или что-то знающий об этом проявит недюжинный интерес к твоим собственным знаниям о пекарне. Начнёт расспрашивать о секретах покойной, о вашей близости. Всеми силами будет пытаться выяснить степень твоей осведомлённости. И всё это произойдёт в ходе разговора, когда вы будете обсуждать что-то совсем другое.
— Эм-м-м. Не знаю. По-моему, притянуто за уши.
— Возможно, не самый точный пример. Я говорить не мастак. Объяснять лучше практикой. Сама увидишь. Просто имей ввиду то, что я сказал. Обращай внимание на вопросы знакомых.
— Подожди, — пузатый черри едва не выскочил из рук. — Ты подозреваешь кого-то?
— Лишь напоминаю о размерах городка и о том, как он питается сплетнями.
Тут Карамелина согласилась: они с Элем расстались в Питере, а на следующий день с сочувствием уже звонила не только бабушка, но и Раиса Павловна.
— Хорошо. Буду слушать, — посыпала яичницу солью. — Кстати, я ведь тоже не собираюсь сидеть в доме. Для чего ты думаешь, сделала причёску, нарядилась? — повертелась перед бывшим.
— По привычке, — улыбнулся Эль, но не получил улыбки в ответ.
Ася была серьёзна:
— Буду общаться с медиками и этими… — скривилась, — из труповозки.
Эль напрягся:
— Будь осторожна. А лучше вообще не вмешивайся.
— Эль! Бабушка оставила мне детективное агентство и кучу загадок! Как я могу остаться в стороне?
— Я надеялся, что после вчерашнего, ты будешь… как бы… участвовать в расследовании, — честно признался Эль. — Я… боюсь за тебя.
— А ты не бойся. Я умею быть очень осторожной.
Эль имел на сей счёт гигантские сомнения. Но остановить бывшую едва ли возможно. Не привяжет же он её к батарее? Хотя идея выглядела очень и очень заманчиво.
А в это самое время Кристина подбирала наиболее выгодную одежду под пристальным взглядом старшей сестры.
Своим критическим взором Мада отвергла уже пятый комплект.
— Впечатление для работодателя — это крайне важно, — наседала она, перебирая вешалки. — Как себя покажешь, так и будут относиться. — В сторону полетела очередная белая блузка.
— А разве показывать надо не способности? — зевнула Кристина. Она с шести утра выслушивала лекции сестры и хотела одного — поспать ещё хотя бы пару минут.
— Сначала внешность, сестрёнка. По ней, между прочим, можно сделать вывод и о способностях. Например, — приложила красное платье, — многое расскажет цвет. Жёлтый подчеркнёт твою силу воли, умение концентрироваться и достигать результата. Зелёный покажет острый ум и высокие требования к себе и окружающим. Красный… Кстати, тебе он очень идёт, поведает о лидерских качествах и оригинальных взглядах. А в детективных делах — это немаловажно, видеть не так, как все, — пояснила Мада, помогая надеть Кристине то самое платье и сверху серый пиджак.
— Платье на работу? — в голосе звучало сомнение. Оно же выражалось в скрещенных руках и кривлянии губ. — Ты уверена? Может, лучше официальнее? И выбрать классику?
— Нет, сестрёнка. Работа — это праздник, так что платье самое то. Для формальности у тебя пиджачок. Так что всё должно сработать на «ура». Помни, эта работа нам очень нужна: ремонт делать пора. Взгляни только на крышу! А на дверь?
Кристина устало вздохнула. В принципе с сестрой она была согласна. И в данной ситуации радовало лишь одно, что Мада не заставила надеть что-то яркое из собственной коллекции.
— Так, — наклонила голову Мада. — Всё хорошо, но.
— Что «но»? — очередной Кристинины вздох вызвал тучи на лице старшей сестры.
— Ты почему недовольна? Я для нас обеих стараюсь! Хочешь отправиться на заработки в тот же Питер?
— А чем он плох?
Глаза расширились в агонии ужаса:
— Ты что?! Это огромный, повторяю, огромный, многомиллионный город. Потеряться, как раз плюнуть. Не все жители знают улицы и проспекты, обычно ограничиваются знаниями собственного района — он тоже далеко немаленький. А с твоим ориентированием, сестрёнка, я уже на следующий день побегу в полицию подавать в розыск. Нет. Нет и ещё раз нет. Пока есть шанс остаться и устроиться на приличную работу, ты его используешь.