«Нет, хватит проблем с этой непутёвой», — убеждал он себя и невольно продолжал любоваться умиротворённым лицом своей бывшей.
Василий тактично кашлянул. В образе хомяка вышло забавно.
— Не знаю, помозет ли вам моя информация, но голос зенщины, с которой беседовал колдун, мне знаком.
— Говори.
— Очень похоже на Моду, то есть Маду. В общем, на модельера со странным вкусом.
— Ты не местный. Откуда её знаешь?
— Так это… она приезжала к нам в деревню со своим показом.
Эль с Кристиной переглянулись. Ни он, ни она о подобном не знали.
Хомяк жевал булку, с аппетитом поглядывая на банку с вареньем, но попросить не решался. Маленькие челюсти работали всё усерднее. Ася по-прежнему нежилась где-то на пляже у лазурного моря вместе с Элем, о чём последний не догадывался, бурно обсуждая планы по вычислению убийцы с волшебным листком. Именно ему он озвучивал свои мысли. Кристина, расстроенная тайнами сестры, ушла домой, пообещав выяснить всё возможное и невозможное.
— Как блинчики, помогли? — улыбнулась Мада. — Тебя долго не было. Всё получилось?
— Ага, — ответила Кристина, бросая сумочку на пол и проходя мимо кухни.
Мада наклонилась, расстегнула молнию, нахмурилась:
— Почему ты врёшь, а, сестрёнка? Блинчики лежат нетронутыми. Они, наверняка, уже испортились. А ты знаешь, что происходит с испорченными волшебными продуктами?
Нет ответа.
— Они начинают шептать страшным голосом! — крикнула Мада. — И ладно днём и даже вечером. А ночью? Представляешь, как будет комфортно спать в такой атмосфере?
Тишина.
— Кристина, я с тобой вообще-то разговариваю!
— Не смей на меня кричать!
— Не смей мне молчать! Я старшая, и ты должна со мной считаться!
— А что ж ты врёшь, если старшая? Разве не должна учить меня хорошему? — Кристина фурией вылетела из своей комнаты и замерла перед Мадой. — Ни в чём признаться не хочешь?
— Ты о чём?
— О твоих тайнах! Сколько их? Одна, две, больше?
Мада побелела:
— Ты узнала про Лёшу? Но… как?
— Хомяк рассказал!
— Какой… хомяк?
— А то ты не знаешь! Заколдованный!
По лицу Мады стало ясно: хомяк ей знаком.
— Рассказывай, Мада, иначе я… — Кристина задумалась. — Уеду в другой город прямо сегодня. Билет уже лежит в кармане
— Нельзя тебе уезжать. Ты ещё не всё узнала, то есть я хотела сказать, мы ещё не сделали ремонт! — тут же поправилась Мада. — Да, ремонт. Домик разваливается. Работа нужна. Очень, очень. И Ася наша лучшая возможность поправить дела.
— Мада… — зашипела Кристина. — Давай-ка выкладывай правду. Что там была за оговорка, не объяснишь?
Глазки забегали. Ручки потянулись к телефону. Мада протянула сестре мобильник, показала фото.
— Это Лёша. И ему нужна наша помощь.
На Кристину смотрел высокий остроносый мужчина, сфотографированный явно исподтишка. Снимок был неудачный. Мужчина, испачкавшись кетчупом, стоял с набитым ртом.
Кристина невольно подумала о крови. И о том, что представляла колдуна представительнее. И никак не в футболке с розовым пони.
— Ты как-то в лице изменилась.
— Конечно, изменилась, Мада! Он, — ткнула пальцем в экран, — подозревается в убийстве Клавдии Семёновны и Раисы Павловны!
— Сразу обеих старушек? — глупо уточнила старшая сестра.
— Ты издеваешься?! Откуда мне знать, сколько на его руках крови? Есть свидетель, утверждающий, что твой Лёша колдун, нацеленный на Асино наследство!
— Свидетель — это хомяк?
— Да!
— И ты веришь хомяку?
— Я верю Василию!
Мада вновь потеряла цвет.
— И ты его знаешь! — наседала Кристина. — Ты ездила в Двууховку с показом, и там вы познакомились!
— Нет.
— Да! Он узнал твой голос! Как ты это объяснишь? Вася просто услышал его на показе и сразу запомнил? Прости, Мада, но твой голос такой же, как у всех. В нём нет никаких особенностей! Так что это невозможно!
Кристина сыпала обвинениями, Мада хмуро отвечала, блинчики перешёптывались. Пока не активно, но грозно. Если бы не они, скандал разгорелся бы нешуточный: Кристина уже начала припоминать все недомолвки из сестринских отношений. Но тут замолчала. Прижалась к Маде.
— Это… еда, да? — сглотнула. — Страшно как-то.