– Этот товарищ обивал мой порог в течение примерно трёх месяцев, того же требовал. Но у моих проклятий есть одна особенность: я могу их аннулировать, только если кто-нибудь попросит за проклятого. У твоего приятеля не было никого, кто мог бы за него попросить. А с виду такой компанейский…
– Так и что? Вы сейчас-то снимете? – вскипел Арас.
– Обязательно. Но только за услугу.
– Так и знал, – вздохнул мой спутник. – Марина Михайловна никогда не делает добро просто так. А если бы я вам царский приказ показал?
– Чихать я хотела на царские приказы, – поморщилась ведьма. – У меня свои владения, у него свои. У меня связь с внешним миром, у него – нет.
– Внешним миром вы зовёте города?
– Именно. И, если вы хотите от меня добра, придётся вам кое-куда прогуляться.
Короче говоря, послала нас ведьма далеко и красиво. Сперва нам пришлось пересечь её обширный торговый центр, где тени притворялись обычными продавцами и выгодно сбывали посетителям товар. Над нами и вокруг нас пространства было чересчур много, и это пространство, в отличие от леса, ограничивалось крышей и стенами. Может, поэтому мне и было малость не по себе.
А потом мы вышли в город – и он неожиданно пришёлся мне по душе. Деревьев здесь росло раз, два – и обчёлся, и улицы покрывала далеко не трава. Но домики смотрелись настолько уютными и аккуратными, а бетонная плитка была выложена под ногами так старательно, что волей-неволей залюбуешься, а там и вовсе влюбишься – и не захочешь уходить.
Арас спустил меня с небес на землю, когда я почти влюбилась в этот славный город.
– Слышал, ты обсуждала с Кю Непостижимых. Сдаётся мне, сбежавшие от ведьмы тени – и есть те самые Непостижимые.
– А? Что? – захлопнув рот, опомнилась я.
– Самостоятельно за пределами «Курьих ножек» беглецы существовать не могут, – развивал свою мысль Арас. – Они подселяются к тем, кто им ближе всего по природе, и паразитируют. Инычужи очень чувствуют паразитов. Они буквально меркнут и теряют краски.
– Значит, чтобы решить эту задачку, нам надо отловить всех беглецов? – ахнула я.
– Ну и как ты их отловишь? На живца? – краем рта усмехнулся тот. – Уверен, решение скоро найдётся. И оно окажется непростым. Подключи Кикки: она сильна в зельях и ядах. Я подключу кого-нибудь из коллег, кто специализируется на вырождении. Дам домашнее задание студентам выпускного курса. Проблема далеко не рядовая, но мы обязаны с ней разобраться. Иначе под угрозой окажется весь Скрытень-Лес.
Мрачный настрой Араса совершенно не вписывался в идиллическую картину Лагони. Он контрастировал с тихими улочками, залитыми солнечным светом, с оживлёнными дорогами, по которым туда-сюда сновали… как их там? А, вот: трамваи, автобусы и троллейбусы.
Впервые увидав эти застеклённые громадины на колёсах, я впечатлилась до икоты и долго икала на потеху лесному владыке. Зато потом, спустя примерно полчаса прогулки, приспособилась, попривыкла и даже захотела такую машину себе.
– Ими сложно управлять? – приставала я к Арасу. – Сколько они стоят? Купишь мне такую?
– И где ты будешь на ней разъезжать? По лесу, что ли? – веселился тот. – Бац – пенёк, бум – дерево? Забудь. У нас есть другие виды транспорта. Позже я тебе всё покажу и всему научу. Сейчас надо выполнить поручение ведьмы.
Поручение состояло в том, чтобы найти антикварную лавку с нелепой вывеской «От верблюда» и купить у хозяина подвеску. Сама ведьма туда ни ногой, нет-нет, ни в коем случае! Она, конечно, то и дело выбирается в город, чтобы уладить некоторые бытовые вопросы, но в лавку ей вход заказан.
Упомяните при продавце имя Марины Михайловны, и он вам, как на духу, выложит, что эта поганая стерва умеет мастерски выбивать скидки, причём никто не в состоянии ей противиться. Чтобы не разориться, владелец лавки принял единственно верное решение – не пускать ведьму на порог, для чего даже установил магический заслон (не дешёвое, между прочим, удовольствие).
Заслон не пропускал только конкретную личность, в чём мы с Арасом убедились, когда беспрепятственно прошли внутрь.
На днях в антикварную лавку завезли партию редких столовых приборов. Некогда они принадлежали весьма состоятельному семейству, все члены которого скоропостижно скончались один за другим по неустановленной причине. Их дом считался зловещим, проклятым и был пропитан особой энергетикой, которую не могли не впитать прибывшие в лавку серебряные приборы.