В его умоляющих глазах плескался страх. Арас боялся, что снова меня потеряет, поэтому я была готова согласиться на что угодно. Даже на поход к зловещей избушке на курьих ножках, в логово Марины Михайловны, самой непредсказуемой ведьмы в Скрытень-Лесу.
Но прежде мы решили заглянуть в лабораторию к кикиморе.
Когда поутру мы вошли в обитель разноцветного стекла, стеллажей и пахучих реактивов, Кикки сидела за столом, уткнувшись своим длинным острым носом в лабораторный журнал, и что-то увлечённо строчила. «Отчёт о проделанной работе» – краем глаза увидела я заголовок.
– У нас подвижки! – возвестила она, заметив меня.
– У кого это – «у нас»? – поинтересовался Арас, появляясь за моей спиной.
– У меня и у Нира, – хихикнула Кикки. – Сходите, поздоровайтесь с ним, если хотите. Он моет пробирки в раковине под вытяжкой.
Нир действительно обнаружился возле раковины. Он в резиновых перчатках мыл посуду, на его голове красовалась защитная шапочка, а на носу сидели пластиковые очки, партия которых была загодя закуплена в Лагони.
– Привет! Вы друзья Кикки? Я Нир, – представился он, вытерев руку о халат. – Специализируюсь на физиологии пограничных существ.
– У вас наметился прогресс? – спросил Арас.
– Ещё какой! – подтвердил тот. – Из подопытных Инычужей мы извлекли плазму, смешали её с переработанной цветочной пыльцой и ещё несколькими ингредиентами, и оказалось, что на этом субстрате грибам одно раздолье. Мы выращиваем грибы при низком освещении, в условиях высокой влажности. Следим за температурой воздуха. Будем их исследовать.
– Удачи с экспериментами! – сказала я. – Удача нам всем пригодится.
Глава 27. Заражение
Сразу после лаборатории мы отправились к выжженной поляне. Идти пришлось долго, и всё это время мы не обронили ни слова. Арас был мрачен и суров. Надвинув шапку на лоб, он раздвигал посохом ветки, которые заграждали нам путь, и я едва успевала избежать их разящего удара.
Чем ближе мы продвигались к избушке на курьих ножках, тем гуще и темнее становился лес. А потом перед нами мгновенно вскрылась угольно-чёрная пустота ведьминой поляны.
Тут и там на голой земле валялись кости и черепа. Скрипучая закопчённая избушка на мясистых куриных ногах неохотно повернулась к нам передом, к лесу задом, и в квадратных окнах полыхнуло пожаром.
– Зачем, яхонтовые, пожаловали? Вам в город прогуляться или об услуге какой просить изволите? – прогремел в моих ушах хриплый, каркающий голос – нарочито зловещий, чтобы ещё на входе отсеивать неуверенных в себе.
– Об услуге, да, – сказал Арас, ни мускулом не дрогнув. – У меня тут пациентка с плохим диагнозом. Не поможешь по старой дружбе, а, Марина Михайловна?
– Заходите, – отозвалась ведьма обычным, слегка певучим голосом.
Она усадила нас на чёрную лавку в своём чёрном-пречёрном доме и крепко затворила дверь, ведущую в торговый центр, чтобы ни одна нежить не подслушала.
– Какая беда с твоей Елью приключилась, что ты отважился на такой отчаянный шаг и явился ко мне? – скривила губы Марина Михайловна и окинула меня пытливым взором. – А, вижу-вижу. У неё внутри какая-то пакость разрастается. Тут медлить нельзя.
Она отвернулась и принялась изучать свои многочисленные полки, на которых в изобилии толклись настойки с заспиртованными змеями, жабами и корнями диких трав.
– Хм… Даже не знаю, чем можно помочь. Мои зелья рассчитаны на простые случаи, а ты, Ель, заражена чем-то потусторонним и неизученным. Тут замешана тёмная, злая магия. Дай-ка догадаюсь: это тебе клан дракона удружил?
– Откуда знаешь? – Вскочил с места Арас.
– Не бойся, лесной царь, я в их секте не состою. Сороки много разных сплетен на хвосте приносят, как уж тут не узнать?
– Тогда что нам делать, если даже ты бессильна? – Приуныл тот и шлёпнулся обратно на скамейку.
– Можно попробовать подселить к ней одну из моих теней, – предложила Марина Михайловна тоном, каким предлагают невинную шалость.
Брови у Араса немедленно поползли на лоб.
– Подселить тень? Ты свихнулась?
– Клин клином вышибают. – Развела руками ведьма.
– А может, и правда, попробовать? – Ухватилась за возможность я. – Сущность во мне не изучена. А тенями вплотную занялись Кикки и Нир. Они уже близки к разгадке.