– Как-то мне нехорошо, – пробормотал Сикорский, схватившись за живот. Чтобы легче переваривалось, он решил превратиться в дракона и вышел на прогулку.
В горах светила полная луна. А в полнолуние, как известно, любые создания тьмы обретают мощь. Под лунным светом тени активизировались, оккупировали драконью тушу и поработили драконий мозг.
У каждой тени были свои интересы и предпочтения, поэтому дракон не мог сосредоточиться на чём-то одном. Его кидало из крайности в крайность. Полетать? Две минуты, не более. Поплавать? Где тут ближайшее горное озеро?
Короче говоря, унесло дракона от крепости на многие километры. Он не помнил, зачем меня поймал и поймал ли он вообще кого-то. Возвращаться он даже не думал, потому что за него исправно думали тени.
Шёл третий день. Никто не собирался отмыкать двери моей темницы, никто не планировал меня поить, а без воды я хоть и могла продержаться неделю-другую, но уже на третий день начинала сморщиваться и превращалась в иссохшую старуху.
Такой меня Арас и нашёл. Он вломился в драконью цитадель со взводом слуг, отпер дверь и предстал передо мной во всём своём великолепии. На лесном царе сверкал алмазный венец, золотились драгоценные одеяния и матово сияли перстни.
Глаза его влажно горели, на щеках рдел болезненный румянец.
– Ель, ты как? – спросил он и бросился на колени передо мной.
– Мог бы и раньше прийти, – просипела я, лёжа на каменном полу затхлой камеры.
– Если бы я пришёл раньше, боя с драконом было бы не избежать. И если бы я проиграл в бою, то не спасал бы тебя сейчас.
Лесной царь позаимствовал у одного из слуг острый клинок и по очереди расколол мои кандалы на руках и ногах.
– Значит, с Кикки и Ниром у вас было что-то вроде коварного плана? – сипло спросила я.
Арас меж тем распорядился, чтобы принесли воды, подсунул мне кувшин и велел пить.
Пока я пила, он рассказывал.
– Когда мне доложили, что ты похищена, я чуть было не сорвался за тобой в погоню. Меня остановил мой мудрейший советник. Что ты будешь делать, если дракон тебя одолеет, спросил он. И я задумался. Надо было обезвредить дракона прежде, чем он причинит вред кому-нибудь из нас. Я догадывался о его замыслах. Он украл тебя лишь затем, чтобы заманить меня в западню и убить тебя на моих глазах. Нельзя было этого допустить.
– Поэтому ты и подослал Кикки?
– Да, в тот миг я вспомнил о теневых грибах и о влиянии теней на Инычужей. Что если Непостижимые точно так же вселятся в тело дракона? Кикки сказала, предугадать итог невозможно. Но кто ничем не рискует, тот ничего не получает. Они с Ниром вызвались полететь в Клыкастые Горы и, как видишь, в два счёта уделали твоего дракона.
Я прикончила графин с водой, который мне дали, и потянулась за следующим. Арас продолжал.
– Если бы, – говорил он, – мы сразу раскусили Сикорского, то и до похищения бы не дошло. Там бы его грибами и накормили.
А я что? Сижу, пью, помалкиваю, что, вообще-то, чуть ли не с первого дня поняла, что он за зверь. Но сначала я сомневалась, вправду ли Сикорский дракон или просто так мне голову дурит. А потом, видимо, на меня подействовали его чары, и я перестала чуять в нём опасность. Пустила всё на самотёк. Поэтому и была отчасти виновата в том, что меня унесли из Скрытень-Леса в драконьей пасти.
Рассказать ли Арасу сейчас? Нет, решила, не надо. Пусть прошлое остаётся в прошлом, от него теперь всё равно никакого толку.
А настоящее заключалось в том, что нерадивую Ель спасли, хоть она того и не заслуживала. Меня наводняли противоречивые чувства. Не спорю, я, конечно, молила о спасении, но могли бы уже и бросить меня разок на произвол судьбы. Глядишь, сама бы показала дракону, почём фунт лиха.
И, если начистоту, я ожидала чего угодно: кровопролитной сечи, напряжения на всех глубинных уровнях, драмы, страданий, катарсиса… Но уж точно не того, что дракона тихо-мирно доконают грибочки.
Само собой, конфликты желательно решать культурным путём без применения насилия, и нет смысла бороться в открытую там, где всё можно уладить хитростью. Но к чему тогда были эти разговоры о пробуждении скрытых сил? Зачем нужен был ворон, верная птица, если не нашлось ни одной бездны, из которой злополучную Ель надо вытащить?