– В те дни только ты была моей поддержкой, – прошептала я. – Не знаю, как бы выдержала без тебя весь тот ужас.
– Обнимемся? – предложил Арас. И, чтобы не смущать людей своим величественным видом, в мгновение ока сменил парчовую царскую мантию на драный костюмчик с извечной синей шапкой.
Мы с Филипповной тут же разрыдались, бросились друг к другу, а Арас бросился к нам. Потом и он, и Филипповна очень долго чертыхались, пытаясь отодрать мои застывшие смоляные слёзы со своей одежды. Но это всё пустяки, конечно. Сущая ерунда, в сравнении с тем, что произошло дальше.
Спустя несколько минут после того как мы втроём обнялись, в моих жилах вдруг вскипели скрытые силы, которые лесной царь передал мне-дереву, чтобы сотворить меня-человека.
Как бы это описать?.. Вот представьте гейзер, откуда с шипением извергается горячая вода. Вообразите, не знаю, праздничный фейерверк в чистом ночном небе. Нас троих окутало водой из гейзера и брызгами фейерверка. Арас ощутил колоссальный прилив энергии и возликовал. Филипповну отнесло в угол с подушками, и она хохотала, как сумасшедшая, потому что никак не ожидала такого поворота.
А я – что я? Научилась перемещаться быстрее ветра, обрела поразительную остроту слуха, стала видеть наперёд и получила первоклассное ночное зрение – всё благодаря притоку сверхспособностей, которые нежданно-негаданно раскрылись в момент наших тёплых объятий.
Прошли годы, заслуженный диплом очутился у меня в кармане, профессия – лаборант в лавке зелий Кикки – была успешно выбрана и освоена.
Хрюнозай без нас с Филипповной затосковал и решил устроить в избушке перестановку. Дабы уберечь ушастого от столь неблагодарного занятия, мы вызвали его во дворец и наняли на постоянную должность главного по кухне.
А потом я наконец-то разделила с Арасом трон лесного владыки, чтобы держать наши земли под контролем.
Наверняка меня впишут в историю как самую злостную правительницу. Потому что с подозрительными братствами отныне было покончено раз и навсегда, а всех новичков в Скрытень-Лесу я лично отлавливала, опрашивала и проверяла на полиграфе.
А однажды к нам собственной драконьей персоной приполз Вележ Сикорский. Он ничего не помнил о своём прошлом и выглядел, мягко сказать, не вполне вменяемым. Тени в нём все, как сговорившись, мечтали вернуться на грибную поляну.
Правда, это уже совсем другая история.
Конец