— Я обожаю твои ноги, Ник, — сказал он, обхватив меня за бёдра сзади и слегка прикусив кожу спереди. Я вскрикнула. — Тебе нравится, детка?
Я всхлипнула.
— Да.
— Тебе нравится, когда я с тобой груб? — спросил он, скользя пальцами между моих бедер, проводя вдоль моих складок. Я сильнее дёрнула его за волосы и застонала. — Хочешь, я буду нежнее?
Он приподнял голову, чтобы посмотреть на меня, когда наклонился и пососал мой клитор. У меня подкосились колени.
— О боже, Виктор.
Он улыбнулся, прижавшись ко мне. Я не видела его губ, но видела это в его глазах.
— Скажи ещё раз, — прошептал он, облизывая меня. — Произнеси моё имя, детка.
— Виктор, — простонала я, запрокинув голову, когда он ввёл в меня пальцы и продолжал лизать клитор. — Виктор. — Я повторяла его имя снова и снова шёпотом. — Я сейчас кончу.
Он глубоко застонал, и я почувствовала, как вибрация распространяется по всему моему телу.
— Кончи для меня, детка. Покажи, насколько ты готова для меня.
Его пальцы работали внутри меня быстрее, язык ласкал меня, пока мои глаза не закатились, а колени не подогнулись, и я устояла на ногах только потому, что он схватил меня за бёдра. Он потянулся за презервативом, лежавшим рядом с ним, когда у меня перехватило дыхание и я открыла глаза, и остановила его, опустившись на колени между его ног и распахнув его халат, чтобы обнажить его твёрдый, толстый член. Моё сердце пропустило удар при виде этого зрелища. Я облизнула губы и перевела взгляд на его лицо.
— Николь... — начал он, но я оборвал его, облизав головку члена и взяв его в рот. Его рука вцепилась в мои волосы, когда он пробормотал несколько ругательств. — Блядь, это так чертовски приятно. О, мой грёбаный бог. Твой рот. Твой грёбаный рот.
Его слова стали неразборчивыми, пока я продолжала сосать, двигая головой вверх-вниз, а его член с громким звуком входил и выходил у меня изо рта. Его дыхание было затрудненным и шумным, и мне понравилось выражение благоговения на его лице, когда мы на мгновение встретились взглядами. Он сильно потянул меня за волосы, успешно оторвал мой рот от члена и наклонился, чтобы прижаться своими губами к моим.
— Я хочу тебя трахнуть, — сказал он, потянувшись за презервативом и надевая его. — Я хочу тебя чувствовать.
Я кивнула и выпрямилась, перекинув одну ногу через него, и толкнула его в грудь, чтобы он лёг на спину.
— Я оседлаю тебя, — сказала я. — И ты не вспомнишь ни одну женщину, с которой трахался до меня.
Уголки его губ приподнялись в медленной, дразнящей улыбке, когда он схватил двумя руками мои ягодицы, помогая мне забраться на него и устроиться на кончике его члена.
— Покажи мне, детка. Заставь меня выкрикивать твоё имя.
О, я бы с удовольствием. Когда я положила руки ему на плечи и медленно опустилась на него, мне стало интересно, понимает ли он, насколько сексуально звучат для меня эти слова. Я затаила дыхание, позволяя себе привыкнуть к его размерам. У меня всё ещё болело после вчерашнего, и я поняла это только тогда, когда полностью уселась на него. Я вздрогнула и ахнула.
— Ты в порядке? — тихо спросил он, снова садясь и убирая волосы с моего лица.
Я кивнула, хотя глаза наполнились непролитыми слезами. Внезапно это оказалось слишком: его лицо напротив моего, его сердце, бьющееся рядом с моим, его взгляд, прикованный ко мне. В тот миг, когда он смотрел на меня так, словно я была единственной женщиной, которую он когда-либо по-настоящему видел, я почувствовала всё.
Всё.
Это было намного сильнее, чем в прошлый раз. Намного сильнее, чем все разы до этого. И это было пугающе.
— Ник, с тобой всё в порядке? — спросил он шёпотом.
Я кивнула, быстро моргая.
— Со мной всё в порядке. Просто немного больно, но приятно. Со мной всё хорошо.
Он смотрел на меня мгновение, пока я не начала двигаться в такт с ним, и он запрокинул голову назад с громким рыком.
— В тебе так чертовски хорошо.
Я продолжала двигаться вверх-вниз, сначала медленно, а затем ускоряясь. Я старалась не смотреть ему в глаза. Пыталась сосредоточиться на очертаниях его мускулистых рук, груди, на том, как он прикусывал нижнюю губу каждый раз, когда я сжималась вокруг его члена. Он крепче сжал мои ягодицы, легко перемещая меня вверх-вниз, словно я ничего не весила. Его глаза резко открылись, когда он услышал мой стон.
Когда он приподнял меня, его губы сомкнулись на моём левом соске, язык дразнил, а губы слегка касались кожи.
— Ты сводишь меня с ума, Николь, — прорычал он, обхватив мою голову сзади и впившись в мои губы. — Ты, чёрт возьми, моя.