КК: Ты это видела?!?!?!
Я открыла сообщение и кликнула по ссылке, которую она прикрепила. В тот же миг у меня внутри всё сжалось от отвращения, когда на экране телефона появились фотографии Виктора и блондинки. Они держались за руки, смеялись, целовались — вели себя как настоящая пара. Сегодня. Сначала я почувствовала, как кровь прилила к ушам, а затем быстро распространилась по всему телу. Я несколько раз встречалась с Брентом возле своего дома, но это было простое общение. До поцелуев не доходило. Он пытался, но я его остановила и сказала, что мои мысли заняты другим, потому что так и было. Я слишком много думала о Викторе, а этот мерзавец, похоже, теперь был слишком занят — и слишком уж убедительно играл свою роль.
Разве что он вовсе не притворялся.
Я прищурилась, глядя в его сторону, и, конечно же, он стоял там, держа за руку блондинку.
Держал. За. Руку. Ту. Самую. Блондинку.
Я сверлила их взглядом так пристально, пытаясь заставить сначала его голову взорваться, а затем — её. Одна из официанток прошла мимо с шампанским. Я поставила пустой бокал и взяла другой.
— Что я вижу? Четвёртый бокал? — спросил Брент, присоединяясь ко мне. Я была слишком зла, чтобы улыбнуться, но кивнула, делая глоток. — Я бы сказал, что сегодня мне, возможно, и правда повезёт, но я не из тех, кто пользуется ситуацией.
Я снова посмотрела на Виктора: его широкая спина была обращена ко мне, рука лежала на плече блондинки — и что-то внутри меня сломалось. Я глубоко вздохнула, вышла в тускло освещённый коридор и дёрнула Брента за галстук. Последнее, что я увидела перед тем, как мои губы впились в его, — озадаченное выражение его лица. К счастью, его замешательство не отразилось на поцелуе. Я потянула галстук чуть сильнее, желая, чтобы он отбросил свою роль «хорошего парня» и поцеловал меня по-настоящему. Мне хотелось, чтобы меня целовали так, будто я нужна, но он был осторожен и мягок: губы — нежные, язык — уговаривающий. Я прервала поцелуй, и он отстранился с широкой улыбкой на лице, его карие глаза сверкали.
— Это было... неожиданно.
Я улыбнулась, пытаясь изобразить воодушевление, и сделала ещё глоток шампанского.
— Николь.
Я ахнула, услышав, как Виктор произносит моё имя. Улыбка Брента померкла, когда он обернулся, стирая помаду с губ. Взгляд Виктора метнулся от меня к Бренту и снова ко мне.
— Я помешал? — спросил он, его голос, словно тихая буря, заставил меня почувствовать себя не в своей тарелке.
— Нет, мы просто... разговаривали, — медленно произнёс Брент.
Он снова повернулся ко мне и улыбнулся через плечо. Я заставила себя встретиться с ним взглядом и улыбнуться в ответ — потому что к чёрту Виктора. Единственное, что я могла представить, — это его губы на губах той девушки. Это сводило меня с ума.
Почему? Почему такая глупость сводила меня с ума?
— Мне нужно, чтобы ты подписала несколько документов. Это не отнимет много времени, — сказал Виктор, привлекая моё внимание.
Я откашлялась и шагнула вперёд, случайно задев Брента.
— Ты доведёшь меня до срыва, — произнёс Виктор, его голос звучал опасно низко, пока я шла рядом с ним.
Я натянула фальшивую улыбку — на случай, если кто-то смотрит на нас.
— Ты меня уже довёл, — сказала я, продолжая идти к его кабинету. — Где твоя девушка?
— Так вот в чём дело? — спросил он, закрывая за нами дверь. Я вдохнула его запах — он пропитал весь кабинет. Я выдохнула и подошла к столу, в то время как он обошёл и встал по другую его сторону.
— Нет, я просто веду себя как долбаный ребёнок абсолютно без причины.
— Я думал, ты не ревнуешь, — произнёс он твёрдо.
Разве он не хотел, чтобы я ревновала? Я опустила взгляд на стол между нами, не желая смотреть на него.
— Я думала, ты тоже не ревнуешь.
Он усмехнулся, и, услышав этот звук, я подняла голову. Наши взгляды встретились.
В моём взгляде читался вызов — я словно бросала ему дерзкий намёк отпустить меня домой вместе с Брентом. В его глазах, казалось, был тот же вызов... Или что-то ещё. Я уже и сама не понимала. Возможно, я выпила слишком много шампанского, но я знала: никакое количество алкоголя не сможет приглушить огонь внутри меня. Я горела желанием ощутить его прикосновение, его поцелуй — его самого. Спустя мгновение он стукнул кулаком по столу, заставив меня вздрогнуть.
— Похоже, всё-таки ревную, чёрт возьми, — пробормотал он и, прочистив горло, подвинул через стол два листа бумаги.
У меня отвисла челюсть. Я даже не смогла ответить. Я просто потянулась за бумагами и посмотрела на них, хотя не могла разобрать ни слова.