« – У него очень сложное окружение. Ему подкидывают (любимый глагол Горбачева. – О.М.) и то, и другое, затрудняют выбор. Преобладают те возле него, кто считает, что Россия должна сбросить с себя бремя бывших союзных республик… Да, Ельцин выступает за решительность в проведении реформ, и в основном это идет в русле того, что я предлагаю. Но нельзя действовать, невзирая на другие республики: это не политика. Нельзя провоцировать отторжение. 75 миллионов живут у нас за пределами своих республик. Разделение труда такое, что все зависят друг от друга».
Горбачев прямо спросил Миттерана:
« – Заинтересован ли Запад, окружающий мир в том, чтобы Союз остался? Реформированный, демократический, динамичный, экономически здоровый, то есть совсем новый, но – Союз».
Интересны аргументы Миттерана в пользу того, чтобы Союз сохранился:
«– Я рассуждаю совершенно холодно: в интересах Франции, чтобы на востоке Европы существовала целостная сила. Если будет распад, если вернемся к тому, что было у вас до Петра Великого, – это историческая катастрофа и это противоречит интересам Франции. Вековая история учит нас тому, что для Франции необходим союзник, чтобы можно было обеспечивать европейский баланс. Любой распад целостности на Востоке несет нестабильность. Вот почему мы не хотим и не будем поощрять сепаратистские амбиции».
« – И еще, – продолжал Миттеран. – Мы большие друзья сегодняшних немцев, но очень опасно, если на севере от Германии и на востоке от Германии было бы мягкое подбрюшье. Потому что всегда у немцев будет соблазн проникнуть на этих направлениях.
– И не потребуется применения военной силы. Это будет экономическая империя со всеми вытекающими последствиями, – добавил М. С.
– Что мы можем получить?.. Вокруг Германии ряд небольших государств, а дальше – вакуум. Это опасно. Я из тех, кто желает иметь в вашем лице сильного партнера – новый Союз. Если дело пойдет так, то мои отдаленные преемники должны будут установить прочные отношения с Россией, ибо это – самое мощное, что останется от старого Союза. Но до этого мы все можем оказаться в стадии анархии. Я за то, чтобы за два-три года ваша страна восстановилась на федеративно-демократической основе. Это наилучший выход для всей остальной Европы… Я в данном случае исхожу из констатации исторической логики в развитии нашего континента».
Рассуждения Миттерана, конечно, интересны, но абсолютно ясно: их излагает человек, совершенно не представлявший, какова реальная ситуация в Советском Союзе. Какие там два – три года для восстановления «вашей» страны «на федеративно-демократической основе»! У Горбачева не оставалось и двух месяцев.
ЧТО ЖЕ ВСЕ-ТАКИ БУДЕТ?
Итак, «зловредное» окружение Ельцина мало-помалу настраивало его на то, что предстоящие тяжелые экономические реформы окажутся для России несколько легче, если она будет проводить их самостоятельно, не оглядываясь на другие республики (эта мысль, как мы видели, прозвучала и в обращении российского президента).
Вот что, однако, любопытно: первоначально все-таки работа над программой реформ велась, когда вопрос о разделении Союза на части еще не стоял в практической плоскости, и это была совершенно иная ситуация, нежели когда почти все республики разбежались в разные стороны; когда же эксперты переключились с программы, условно говоря, «российские реформы в составе Союза» на программу «российские реформы вне Союза»?
Беседую об этом с главным российским реформатором Егором Гайдаром (разговор − в апреле 2009 года).
− Тема распада Советского Союза, возможности такого распада, стала подниматься в наших внутренних дискуссиях (в дискуссиях молодых экономистов из круга Гайдара. − О.М.) где-то с 1988 года, − говорит Егор Тимурович. − Но я тогда еще считал, что Советский Союз в каком-то трансформированном виде будет сохранен. То, что его сохранить, по всей видимости, не удастся, для меня стало абсолютно ясно по состоянию на 22 августа 1991 года. Но в значительной степени это стало казаться невероятным еще раньше − после того, как Михаил Сергеевич Горбачев отказался от союза с Борисом Николаевичем Ельциным в реализации программы «500 дней».
Как видим, Егор Тимурович довольно благожелательно оценивает программу «500 дней», одним из главных разработчиков которой был Явлинский. Явлинский же и его соратники вот уже более двадцати лет, не уставая, оплёвывают реформы Гайдара. Это стало для них одним из главных «пунктиков».